диагностика детской тревожности психология и исследование уровня тревожности у детей младшего школьного возраста

Лабораторная диагностика неврологических заболеваний

Введение:
Поражение нервной системы очень разнообразно по своей природе и включает
иммунологические, инфекционные, наследственные, метаболические и сосудистые причины.
Это требует использования широкого спектра лабораторных методов и корректной
клинической трактовки их результатов. Однако современные возможности
лабораторной диагностики во многих случаях позволяют подтвердить клинический
диагноз или исключить заболевание при неясной клинической картине.

Ликворология
и биомаркеры: Гематоэнцефалический барьер (ГЭБ) — это клеточная
структура, образующая границу между кровью и тканью центральной нервной системы
и обеспечивающая уникальный состав цереброспинальной жидкости (ЦСЖ). Особенно
эффективен ГЭБ для крупных белковых молекул, так разница в содержании общего
белка между ликвором и кровью составляет 200-400 раз. При этом большинство
белков попадает в ликвор путем простой диффузии из крови, и лишь некоторые из
них могут синтезироваться местно (интратекально), например иммуноглобулины.
Сравнение индекса проницаемости для альбумина (который поступает только из
крови) и индекса IgG (который может синтезироваться в оболочках мозга при
воспалении) лежит в основе оценки нарушения проницаемости оценки ГЭБ и
выявления признаков местного воспаления. Коэффициент альбумина рассчитывается
как отношение концентрации альбумина в ликворе к концентрации альбумина в
сыворотке крови. Интратекальный синтез IgG определяется коэффициентом IgG
(QIgG), отражающим отношение концентрации IgG в ликворе к  уровню IgG в крови. Показатели позволяют
оценить селективную продукцию антител в пределах ЦНС, которая является важным
свидетелем инфекционных и аутоиммунных процессов. Так, расчетный индекс
селективной продукции антител к ряду нейротропных вирусов и возбудителей заболеваний
ЦНС, основанный на изменении синтеза иммуноглобулинов позволяет диагностировать
ряд нейроинфекций. Индексы проницаемости ГЭБ и коэффициент IgG следует дополнять
оценкой характера продукции иммуноглобулинов с выявлением синтеза олигоклонального
IgG,
продукции легких цепей иммуноглубулинов, а также биомаркеров заболеваний
ЦНС в ликворе , в том числе маркеров демиелинизирующих заболеваний, а
также гибели аксонов при болезнях моторных нейронов.

Серологическая
диагностика аутоиммунных и воспалительных заболеваний:
Аутоантитела представляют собой проявления аутоиммунных реакций, направленных
против собственных белков организма. Существует несколько семейств аутоантител,
важных для диагностики неврологических заболеваний, включая антинейрональные
антитела, которые встречаются при паранеопластических заболеваниях, антитела к
рецепторам нейронов, которые выявляются при аутоиммунном энцефалите, антитела к
аквапорину-4 при оптикомиелите, антитела к ганглиозидам, антитела к антигенам
скелетной мышцы и нейромышечного синапса. Актуальным при неврологических
заболеваниях является определение антинуклеарных антител, характерных для
системных заболеваний, антинейтрофильных цитоплазматических антител при
системных васкулитах, активности ангиотензин-превращающего фермента, а также
ряда других серологических маркеров.

Генодиагностика
неврологических заболеваний: значение выявления
наследственной патологии при неврологических заболеваниях сложно переоценить. Наследственные
заболевания могут дебютировать как в раннем детском, так и во взрослом
возрасте, причем неврологические проявления отмечаются при большинстве случаев
наследственной патологии. Выделят несколько форм генетических нарушений. Хромосомная
патология подразумевает изменения числа или структуры хромосом и
связана, прежде всего, с отставанием в развитии в детском возрасте (см.ниже).
Число генов в геноме может быть изменено в случае дупликации или делеции
гена , что является причиной болезни Шарко-Мари-Тута, и ряде других
состояний. Наиболее частой формой генетической патологии являются точечные
полиморфизмы (патологические варианты или аллели), которые меняют
структуру и функцию белка или сказываются на экспрессии гена. Если
патологические аллели точно известны, то для их выявления применяется метод
аллель-специфичного ПЦР. В ряде случаев для поиска мутаций используется
секвенирование гена с определением последовательности нуклеотиодов и выявлением
патологических изменений. Наконец, особняком стоят так называемые экспансионные
заболевания . Они связаны с увеличением числа трехнуклеотидных повторов
в структуре гена, что приводит к нарушению функций белка, или более сложной
патологии, например т.н. Р НК-токсичности. К экспансионным заболеваниям относят
болезнь Гентингтона, спинно-церебеллярные атаксии, миотонические дистрофии и
множество других наследственных неврологических заболеваний. Для этих состояний
важна оценка числа нуклеотидных повторов, поскольку для большинства
экспансионных заболеваний существует прямая корреляция между количеством
повторов в участке экспансии и тяжестью течения болезни, а также обратная
корреляция со временем начала первых симптомов. Это связывают с более глубоким
нарушением функции белка и его повышенной нейротоксичностью при увеличении
количества нуклеотидных повторов. Так, при нормальном количестве повторов
диагноз исключен; риск развития болезни у пациента отсутствует, а риск развития
болезни у последующего поколения крайне низок. В связи с этим для каждой
наследственной формы существуют нормальные значения количества повторов. При
наследовании экспансионных заболеваний отмечаются особые феномены, например «антиципация»,
под которой понимают утяжеление клинических проявлений заболевания в
последующих поколениях (более ранняя манифестация, быстрое прогрессирование,
появление более тяжелых симптомов).

Биомаркеры
полиневритов, васкулитов: Частой причиной полиневритов
являются моноклональные иммуноглобулины (парапротеины) которые синтезируются
клоном плазмацитов костного мозга. Парапротеинемический полиневрит может
возникать на фоне моноклональной гаммапатии неясного значения, без трансформации
в миеломную болезнь в течение длительного времени. Системная криоглобулинемия
на фоне гепатита или аутоиммунных заболеваний также часто сопровождается развитием
полиневритов. Наследственные формы полиневритов, а именно болезнь Шарко-Мари-Тута,
встречаются у значительного количества лиц в популяции.

Биомаркеры
сосудистых заболеваний: Частой причиной ишемических
осложнений со стороны ЦНС являются врожденные и приобретенные формы
коагулопатий, к которым относят антифосфолипидный синдром, тромбофилии, а также
нарушения фолатного цикла. Неврологическая симптоматика часто возникает при синдроме
гипервязкости крови. Наконец, для диагностики наследственных форм
гиперлипидемий рекомендуется использовать электрофорез липидов и генетическое
тестирование на наследственные формы гиперлипидемий. Наследственную форму
артериопатии ЦАДАСИЛ относят к числу частых форм поражения сосудов ЦНС, которая
проявляется лакунарными инфарктами, которые также отмечаются при болезни
Бехчета и болезни Фабри.

Диагностика
хромосомной патологии: Синдромальные и несиндромальные формы отставания
развития у ребенка часто связаны с хромосомной патологией. Причиной
синдромального отставания развития являются
микроделеционные/микродупликационные синдромы, которые не детектируются с
помощью классической цитогенетики. Несиндромальные формы задержки,
преимущественно интеллектуального развития, обусловлены субтеломерными
делециями крайних участков хромосом.

Диагностика болезней моторных нейронов

боковой амиотрофический склероз, наследственные формы бокового амиотрофического
склероза, болезнь Кеннеди, спинальная
мышечная атрофия, спастическая параплегия Штрюмпеля

Боковой амиотрофический склероз (БАС) – тяжелое нейродегенеративное
заболевание с поражением верхних и нижних моторных нейронов неясной этиологии. Чувствительность
и специфичность критериев El Escorial
(1994) и Awaji-Shima (2008) на начальных этапах развития бокового
амиотрофического склероза (БАС) крайне низка. Использование тяжелых цепей
нейрофиламентов в ликворе (тест 01.02.15.1080 ) в качестве биомаркера нейродегенерации при БАС позволяет не только
объективизировать диагноз БАС, но и спрогнозировать течение болезни. Помимо
исследования фрагментов нейрофиламентов (НФ) в ликворе, важным этапом диагностики
БАС является проведение дифференциальной диагностики с рядом генетических
патологий, а также проведение семейного консультирования и генотипирования на
наследственные формы БАС. Упрощенным алгоритмом лабораторного обследования
пациентов с симптомами болезни моторных нейронов является: 1. Исследование НФ в
ликворе; 2. Генотипирование на болезни, имитирующие БАС – болезнь Кеннеди,
спинальная мышечная атрофия, болезнь Штрюмпеля; 3. Исследование на мутации в
генах SOD1 и C9orf72 для определения семейных форм БАС.

Тест 01.02.15.1080 Тяжелые цепи нейрофиламентов в ликворе(оценка нейродегенерации)

Для бокового
амиотрофического склероза (БАС) характерно избирательное поражение центральных
и периферических двигательных нейронов и разрушение нейронального цитоскелета.
Структурную основу цитоскелета составляют нейрофиламенты (НФ). При БАС
наблюдается патологическое накопление тяжелых цепей нейрофиламентов в аксонах
нейронов и многократное повышение их концентрации в ликворе. Специфичность и
чувствительность теста при определении этого биомаркера для ранних этапах
болезни достигает 90%. Кроме этого, концентрация тяжелых цепей НФ коррелирует с
количеством вовлеченных областей и скоростью прогрессии. Увеличение тяжелых
цепей НФ в ликворе наблюдается при других неврологических состояниях, в том
числе демиелинизации при РС, однако уровни повышения значительно ниже.
Определение тяжелых цепей НФ в ликворе следует дополнять определением
концентрации основного белка миелина (тест 01.02.15.485 ) Исследование рекомендуется проводить всем пациентам с
подозрением на БАС.

Тест
01.02.15.1145 Исследование SOD при боковом амиотрофическом склерозе (ген SOD 1)

Около 10% пациентов
с БАС имеют семейный анамнез (семейный БАС – сБАС). У 12-23% пациентов с БАС и
у 3% пациентов со спорадическим БАС имеется патологическая мутация в гене SOD1.
Заболевание с мутацией в гене SOD1 наследуется по аутосомно-доминантному типу,
то есть имеется 50% риска развития заболевания у потомков. Носительство мутаций
в гене SOD1 ассоциировано с более быстрой прогрессией заболевания. Исследование
рекомендуется проводить всем пациентам с БАС в целях семейного
консультирования.

Тест
01.02.15.860 Генодиагностика при наследственном БАС (ген C9orf72)

Экспансия
G4C2-повторов в гене C9orf72 на данный момент является наиболее частой
генетической аберрацией при семейной и спорадической форме БАС, при
БАС/фронтотемпоральной деменции (ФТД) и при ФТД. Заболевание с мутацией в гене
C9orf72 наследуется по аутосомно-доминантному типу, то есть имеется 50% риска
развития заболевания у потомков. При семейной форме БАС данная мутация
обнаруживается у 20-40% пациентов, при спорадической форме — у 7-12% пациентов,
при семейной форме БАС/ФТД – у 72% пациентов. Носительство экспансии в гене
C9orf72 ассоциировано с быстрой прогрессией и наличием дополнительных
неврологических симптомов. Исследование следует проводить всем пациентам с БАС
в целях семейного консультирования.

Тест
01.02.15.770 Генодиагностика болезни Кеннеди (ген AR)

Спинальная и
бульбарная мышечная атрофия (болезнь Кеннеди) – наследственное заболевание,
характеризующееся экспансией CAG-тринуклеотидных повторов в гене AR,
располагающегося на Х хромосоме и кодирующего андрогеновый рецептор (АР).
Считается, что болезнь Кеннеди может наблюдаться только у мужчин, хотя были
описаны случаи, когда экспансия CAG-повторов в гене AR приводила у женщин к
появлению легкой симптоматики данного заболевания. Размер экспансии коррелирует
с тяжестью симптоматики, уровнем пенетрантности и временем первых проявлений
заболевания. Для БК характерна симптоматика поражения нижних моторных нейронов
и снижения чувствительности АР. Исследование рекомендуется проводить всем
пациентам с подозрением на БАС, поскольку болезнь Кеннеди имеет значительно
лучший клинический прогноз.

Тест
01.02.05.310 Генодиагностика спинальной мышечной атрофии (гены SMN1 и SMN2)

Спинальная мышечная
атрофия (СМА), ассоциированная с геном SMN1, представляет собой заболевание,
характеризующееся дегенерацией нижних моторных нейронов. Данная патология в
90-95% случаев вызывается гомозиготной делецией гена SMN1. Заболевание
наследуется по аутосомно-рецессивному типу, то есть имеется 25% риска развития
заболевания у потомков. Была обнаружена обратная корреляция между количеством
копий SMN2 и тяжестью течения заболевания, а также возрастом манифестации. Для
СМА характерна симптоматика поражения нижних моторных нейронов: прогрессирующая,
симметричная слабость мышц проксимального отдела, атрофия мышц проксимального
отдела. В редких случаях наличия гетерозиготной делеции SMN1  с яркой симптоматикой рекомендуется проводить
секвенированиЕ SMN1 гена (тест 01.02.15.1530) .

Тест
01.02.05.305 Генодиагностика спастической параплегия Штрюмпеля (ген SPG4)

Наследственная
спастическая параплегия (НСП) представляет собой клинически и генетически
гетерогенную группу нозологий, характеризующихся поражением верхних моторных
нейронов, спастичностью и слабостью нижних конечностей. На сегодняшний день
известен 41 ген, мутации в которых вызывают НСП. Заболевание может
наследоваться аутосомно-доминантно, аутосомно-рецессивно или Х-сцеплено.
Наиболее частой причиной развития НСП считают мутации в гене SPG4. Делеции и
дупликации участков гена SPG4 считаются одной из распространенных генетических
аберраций, встречающихся при НСП. Мутации в описанном гене передаются
аутосомно-доминантно, но тест не исключает другие формы параплегии.

Профилактика семейного неблагополучия и восстановление утраченных семейных связей в условиях социозащитного учреждения

Семья – базисная основа первичной социализации личности. Именно в семье начинается процесс усвоения ребенком общественных норм и культурных ценностей. Социально-психологическими исследованиями выявлено, что влияние семьи на ребенка сильнее, чем влияние школы, улицы, средств массовой информации. Следовательно, от социального климата в современной семье, духовного и физического становления в ней детей в наибольшей степени зависит успешность процессов развития и социализации ребенка.

Сегодня семья как основной социальный институт затронут системным кризисом. Все больше семей оказывается на грани перехода из категории неблагополучных (дисфункциональных) в категорию семей “группы риска”, увеличивается количество неблагополучных семейных союзов.

Ежегодно, по данным Госкомстата, распадается 500-600 тысяч семей, образуя неполные семьи, и почти столько же детей в возрасте до 18 лет являются детьми семей “группы риска”.

Контингент воспитанников социозащитных учреждений становится все более трудным для эффективной социально-реабилитационной работы. По сравнению с 2002 г. почти на 16 % возросла доля детей, поступивших из асоциальных и социально опасных семей, где пьянство, наркомания, уклонение родителей от воспитания и содержания детей становятся характерными чертами жизни данной семьи.

Анализ исследований, изучающих проблемы семьи (С. Беличева, А. Москаленко, Ф. Тащева и др.), показывает ухудшение ее педагогического потенциала и престижа семейных ценностей, увеличение числа разводов и снижение рождаемости, рост преступности в сфере семейно-бытовых отношений и повышение риска подверженности детей неврозам из-за неблагополучного психологического климата в семье.

К неблагополучным семьям причисляют те, в которых не удовлетворяются устойчивые потребности членов семьи, необходимые для нормальной жизнедеятельности членов социального общества. В такой семье нарушена структура, размыты внутренние границы, имеются явные или скрытые дефекты воспитания, вследствие чего нарушается психологический климат, обесцениваются или игнорируются основные семейные функции.

К факторам социального риска, отрицательно влияющими на выполнение семьей своих функций, относятся:

От внутрисемейного неблагополучия страдает качество детско-родительских отношений, уровень доверия, уважения в семье. Дети из социально-неблагополучных семей менее успешны в социальных отношениях, имеют эмоциональные и внутриличностные проблемы.

Данные психологических исследований отечественной школы (Л. И. Божович, А. М. Прихожан, Н. А. Толстых, З. А. Матейчик, А. С. Спиваковская) доказывают, что нарушения детско-родительских отношений, отсутствие безопасности, каждодневного ухода, заботы развивают деструктивные привязанности детей и родителей. Члены таких семей оказываются погруженными в постоянные циклы отрицания, агрессивного и деструктивного поведения. Конфликты, оскорбления, хронические кризисы делают семью в целом уязвимой и неустойчивой.

Семьи, переживающие хронический кризис, находятся в состоянии глубокого страдания, боли, опустошенности и отстраненности от реальности. Для взаимодействия с миром им требуется огромное количество энергии и внутренних сил, которых не находится в силу общего состояния безнадежности. Чаще всего они пребывают в отчаянии и переживают беспомощность в виде ярости и неприятия окружающего мира. Состояние кризиса является для них привычной нормой. Главная задача выживания в неблагополучных семьях связана с необходимостью выживания и оборонительных действий при столкновениями с трудностями.

Первую группу составляют семьи с явной (открытой) формой неблагополучия: это так называемые конфликтные, проблемные, асоциальные, социально опасные семьи. Обычно в семье с явной формой неблагополучия ребенок испытывает физическую и эмоциональную отверженность со стороны родителей (недостаточная забота, неправильный уход и питание, физическое, сексуальное и психологическое насилие, игнорирование душевного мира и переживаний). В результате у него появляются чувство неадекватности, стыд за себя и родителей перед окружающими, страх и боль за свое настоящее и будущее. В подобной семье полностью нивелируются чувства любви, уважения, долга, ответственности друг за друга.

Дети из конфликтных семей выходят в мир с глубокими внутриличностными проблемами. Эмоциональная нестабильность семейных, супружеских и родительских отношений, отсутствие единства мнений и солидарности родителей в их педагогическом воздействии на ребенка – все это часто приводит к формированию у ребенка чувства страха, неуверенности в себе, неверия в свои силы и способности, к замкнутости и нелюдимости, уходу в себя. Важным показателем неблагополучия становится разрушение внутрисемейных отношений, связей и взаимодействий.

Вторую группу представляют внешне спокойные семьи. Внешне урегулированные отношения в таких семьях зачастую являются своеобразным прикрытием царящего в них эмоционального отчуждения на уровне как супружеских, так и детско-родительских отношений. Дети часто испытывают острый дефицит родительской любви, ласки и внимания из-за служебной или личной занятости супругов, их педагогической несостоятельности. Следствием подобной семейной обстановки часто становится ярко выраженный эгоизм ребенка, его заносчивость, нетерпимость, трудности общения со сверстниками и взрослыми.

В таких семьях дети находятся в состоянии дефицита общения, близости, любви и защищенности, не имеют возможности приобрести уверенность и радость жизни.

В целом, неблагополучные семьи отличаются социальной неустойчивостью, психологическими деформациями, напряжением и эмоциональной нестабильностью.

Анализ последствий семейного неблагополучия показывает, что нарастает отчуждение между родителями и детьми, нарушается психологическая связь между ребенком и родителями, создаются условия к побегам детей из дома, попыткам суицида, психосоматическим расстройствам, росту безнадзорности и увеличению криминализации подростковой среды. Современная государственная социальная политика направлена на сохранение семьи как социального института, помощь каждой конкретной семье. Прежде всего, это профилактические меры, направленные на поддержание стабильности семьи, на социальное развитие семьи и ее членов.

Реализация превентивных мер и программ имеет определенные общие тенденции:

Основной целью деятельности социозащитных учреждений является профилактика социального сиротства, детской безнадзорности, семейного неблагополучия.

Приоритетными направлениями деятельности государственного учреждения « Социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних «Парус надежды» является работа с несовершеннолетними и семьями по восстановлению и сохранению утраченных семейных связей, оказание комплексной (социально-правовой, психолого-педагогической и медицинской) помощи несовершеннолетним, оказавшимся в трудной жизненной ситуации.

Оказание эффективной помощи детям из неблагополучных семей возможно лишь в контексте семейной истории, с учетом сложившихся привязанностей, правил и ценностей.

В контексте ранней профилактики семейного неблагополучия приоритетным направлением деятельности Центра является восстановление функций современной семьи, обращение к ее внутренним резервам, оптимизация детско-родительских отношений, создание условий для формирования ответственного родительства, тем самым, обеспечивая предпосылки для нормального воспитания и образования ребенка в семье, восстановления утраченных семейных связей и формирования осознанной родительской позиции.

Особую роль в этой системе целенаправленной профилактической деятельности специалистов ГУ СРЦ «Парус надежды» отводится следующим элементам:

Акцент в деятельности специалистов Центра в современных условиях делается на работу с семейным окружением ребенка.

Для оказания помощи семьям, оказавшимся в трудной жизненной ситуации на базе Центра действует школа эффективного родительства по программе «Семейная гармония”.

Целью школы является активное вовлечению родителей в социально-реабилитационный процесс, восстановление социального статуса несовершеннолетнего, укрепление и сохранение семейных связей. Основные задачи данной программы — оптимизации родительской позиции, повышение психологической грамотности родителей, гармонизация детско-родительских отношений.

Специалисты Центра в работе по программе «Семейная гармония» руководствуются следующими принципами:

Основным аспектом в работе с семьей является выявление влияний негативных факторов воспитания на развитие и социализацию ребенка, содействие установлению благоприятных взаимоотношений в семье.

В связи с этим, профилактическая и коррекционная работа с семьей, имеющей тот или иной вид неблагополучия – важная составляющая деятельности специалистов ГУ СРЦ «Парус надежды» по восстановлению социального статуса несовершеннолетнего, нормализации процесса его дальнейшего индивидуального и социального развития.

Работа специалистов Центра с семьями осуществляется по нескольким направлениям:

В рамках программы школы эффективного родительства «Семейная гармония» реализуются несколько социальных подпрограмм:

Реализация данных социально-реабилитационных программ позволяет наладить детско-родительских отношения, повысить уровень семейной культуры, сформировать навыки самопомощи и саморазвития, совершенствовать родительскую эффективность через безусловное принятие ребенка. Тем самым, оказывается адресная социальная помощь и поддержка родителям с разным опытом родительства, семье по преодолению трудной жизненной ситуации и выходу из кризиса, ребенку по восстановлению его социального статуса.

В современных условиях обеспечение эмоциональной, смысловой, экзистенциальной поддержки семье и ее отдельным членам позволяет решить проблемы детского и семейного неблагополучия. Раннее предупреждение неблагоприятных воздействий со стороны семьи (в кризисные для нее моменты) снижает рост социального сиротства, детской безнадзорности

Лабораторная
диагностика офтальмологических заболеваний

аутоиммунные увеиты,
нарушение гемодинамики сосудов сетчатки и коагулопатии, ретробульбарный неврит,
эндотелиальная дистрофия Фукса.

В основе патогенеза офтальмологических заболеваний
могут лежать различные генетические нарушения, аутоиммунные процессы,
инфекционные агенты, нарушения свертывания крови и гиперкоагуляция,
онкологические состояния. Исследование лабораторных маркеров является важным
компонентом обследования больных с различными офтальмологическими синдромами.

Аутоиммунный увеит
или синдром «красного глаза» характеризуется воспалительным процессом
сосудистой оболочки глаза. В зависимости от поражения структур сосудистой
оболочки его делят на передний, промежуточный, задний и панувеит. Наиболее
частыми причинами развития увеита являются системные аутоиммунные заболевания.
Системная красная волчанка (тест 01.02.15.230 ) и синдром Шегрена (тесты 01.02.15.015 и 01.02.15.165 ), помимо
ксерофтальмии, часто характеризуются «синдромом красного глаза». Исследование
АНФ и ENA позволяет исключить большинство системных аутоиммунных заболеваний (тест 01.02.15.245 ). Увеит
является одним важных симптомов HLA-B27-ассоциированных и HLA-B51—ассоциированных
заболеваний (тест 01.02.15.1335) .
Для болезни Бехчета, ассоциированной с HLAB51 генотипом (тест 01.02.15.1185) , более характерно тяжелое
поражение сосудистой оболочки глаз. Промежуточный и задний увеит характерен для
некоторых гранулематозных заболеваний, таких как саркоидоз (тест 01.02.15.370) и хронический боррелиоз (тест 01.02.15.1035 ).

Нарушение гемодинамики сосудов
сетчатки является одной из главных причин потери зрения. Причиной
сосудистых тромбозов сетчатки является АФС (тесты
01.02.15.670 и 01.02.15.225 и 01.02.15.145), системные АИЗ (тесты 01.02.15.245 и 01.02.15.165) ,
а также АНЦА-ассоциированные гранулематозные васкулиты (тест 01.02.15.680 ). Увеличение вязкости крови на фоне
парапротеинемий или полицитемии (тест01.02.15.870) может вызывать тромбоз сосудов сетчатки и приводит к
слепоте, неврологической симптоматике и инсультам. Также, наследственные формы
тромбофилий (тесты 01.02.05.270 и 01.02.15.1190)
могут быть причиной окклюзии сосудов сетчатки в раннем возрасте. Гиперхолестеринемия
и наследственные дислипидемии (тесты
01.02.05.710 и 01.02.15.1165) также являются частой
причиной нарушения гемодинамики сосудов сетчатки.

Ретробульбарный неврит
характеризуется аутоиммунным воспалением с демиелинизацией нервных волокон
глаза. Данное состояние чаще всего ассоциировано с рассеянным склерозом и
болезнями спектра оптиконевромиелита (болезнь Девика и рядом других).
Лабораторная диагностика оптикомиелита (болезни Девика) основана на выявлении
аутоантител к аквапорину-4 (тест 01.02.15.576).
К лабораторным маркерам рассеянного склероза относятся олигоклональные
иммуноглобулины и свободные легкие цепи в ликворе (тест 01.02.15.346 ).

Наследственная
эндотелиальная дистрофия роговицы Фукса представляет собой
наследственное офтальмологическое заболевание, характеризующееся нарушением
функциональной активности эндотелиальных клеток роговицы и патологическим
изменением десцеметовой мембраны. Заболевание встречается в среднем у 1-4%
людей в популяции старше 50-ти лет. До 70% случаев эндотелиальной дистрофии
роговицы Фукса связаны с патогенной экспансией (т.е. увеличением количества)
CTG тринуклеотидных повторов в третьем интроне гена TCF-4 (тест 01.02.15.1200) . Увеличение количества
CTG-повторов более 50 приводит к потере функциональности эндотелиальных клеток
роговицы. Наличие экспансии увеличивает риск развития эндотелиальной дистрофии
роговицы Фукса более чем в 70 раз.

Наследственная
оптическая нейропатия Лебера характеризуется билатеральной
потерей зрения из-за атрофии зрительного нерва (тест 01.02.15.1300) . . Часто на МРТ отмечается картина,
сопоставимая с РС. Разрабатывается генная терапия данного заболевания, что
ставит вопрос о более широком скрининге пациентов с этой патологией.

Диагностика отставания
в развитии детей и подростков

: синдромальное и несиндромальное отставание
развития, неонатальная патология, синдром Мартина-Белла, синдром Ретта
эпилепсии детского возраста, целиакия.

Распространенность
задержки общего развития (ЗОР) и отставания умственного развития (ОУР) у детей
составляет около 1-2% в популяции, что делает их значимой социальной проблемой.
В 40-60% случаев ЗОР и ОУР являются симптомами широкого спектра генетических
заболеваний. В зависимости от наличия сопутствующих проявлений ЗОР и УОР делят
на несиндромальную форму задержки
развития (наличие только симптоматики ЗОР и УОР) и синдромальную форму задержки
развития (наличие дисморфизмов, пороков развития, нарушения функции
различных органов и систем, др.). Наиболее частыми генетическими аберрациями,
характерными для синдромальных форм являются хромосомные аномалии (трисомия по
21, 18, 13 хромосоме и изменение числа копий Х хромосом), а также
микроделеционные и микродупликационные синдромы. Таким образом, при
синдромальной задержке развития первым этапом лабораторного скрининга пациентов
рекомендуется проводить комплексное генетическое обследование на основные формы
анеуплоидий (тест 01.02.05.330 ) и микроделеции/микродупликации хромосом (тест 01.02.05.300 ). При отрицательном результате на
первичный генетический скрининг рекомендуется проведение исследования на
распространенные моногенные причины синдромальных форм. Для лиц мужского пола
наиболее частой моногенной причиной задержки развития является синдром
Мартина-Белла (тест 01.02.15.880) . У девочек наиболее частой
моногенной причиной задержки развития является синдром Ретта, ассоциированный с
мутациями в гене MECP2 (тест 01.02.05.290) .

Синдромы,
ассоциированные с изменением числа Х-хромосом, также являются частой причиной
нарушения развития (тест 01.02.05.295) . Целиакию относят к наиболее частым аутоиммунным причинам низкого
роста и задержки физического развития. Это аутоиммунное заболевание
сопровождается аутоантителами к тканевой трансглутаминазе IgA
(тест 01.02.15.221)
и развивается у лиц с предрасположенностью, обусловленной  HLA DQ2/DQ8 (тест01.02.15.431).

Тест
01.02.05.330 Молекулярный скрининг хромосомных аномалий

Структурные
и количественные аномалии хромосом (субтеломерные делеции, трисомия 21, 18, 13
хромосомы) представляют собой одну из главных причин отставания в развитии. К
субтеломерным аберрациям относят микродупликации (увеличение числа
субтеломерного региона), микроделеции (уменьшение числа субтеломерного региона)
и несбалансированные транслокации между двумя хромосомами. Также тест выявляет
синдром Дауна (трисомия 21 хромосомы), синдром Эдвардса (трисомия 18 хромосомы)
и синдром Патау (трисомия 13 хромосомы). Исследование структурных и
количественные аномалий хромосом является одним из этапов диагностики
отставания в развитии.

Тест
01.02.05.300 Молекулярный скрининг на микроделеции/микродупликации хромосом

Микродупликационные/микроделеционные
синдромы (ММС) — представляют собой гетерогенную группу генетических нозологий
(30 форм), характеризующихся изменением количества копий участка хромосом.
Синдромы данной группы чаще всего характеризуются нарушением когнитивных
функций, задержкой речевого развития и задержкой роста, различного рода
стигмами, дисморфизмами и мальформациями, затрагивающими широкий спектр систем
и органов. Синдромы ММС являются главной причиной синдромального и несиндромального
отставания при нормальном кариотипе.

Тест
01.02.15.880 Генодиагностика синдрома Мартина-Белла (ломкая Х-хромосома)

Синдром
ломкой Х-хромосомы или синдром Мартина-Белла (СМБ) – наследственное
заболевание, являющееся наиболее частой причиной нарушения интеллектуального
развития у мальчиков. Данное заболевание характеризуется экспансией
тринуклеотидных CGG-повторов в 5-нетранслируемом участке FMR1 гена. Увеличенное
количество повторов приводит к аберрантному паттерну метилирования  промоутерной зоны FMR1 гена, что приводит к
блокированию синтеза мРНК белка FMRP. Заболевание характеризуется умственной
отсталостью, задержкой физического развития и рядом соматических патологий. С МБ
– это X-сцепленное заболевание, которое наследуется по аутосомно-доминантному
типу, то есть имеется 50% риска наследования данного заболевания от больной
матери. Определение экспансии и измененного паттерна метилирования промоутера
гена FMR1 подтверждает диагноз СМБ. Исследование рекомендуется всем пациентам
мужского пола с синдромальной и несиндромальной формой отставания развития.

Тест
01.02.05.290 Генодиагностика синдрома Ретта (ген MECP2)

Классическая
форма синдрома Ретта представляет собой генетическое Х-сцепленное заболевание
психомоторного развития, и считается распространенной моногенной причиной
отставания в развитии у девочек. Заболевание ассоциировано с различными видами
мутаций в гене MECP2. Синдрома Ретта задержкой в развитии на 18-ом месяце
жизни, за которым следует резкое ухудшение моторных и языковых функций ребенка,
а также судорожные припадки. Примерно 99,5% мутаций в гене MECP2 возникают de
novo. Редко патологическая мутация может передаться от носителя-матери, у
которой симптомы заболевания либо отсутствуют, либо сглажены. Исследование
рекомендуется всем пациентам женского пола с отставанием развития и судорожным
синдромом.

Тест
01.02.05.705 Генодиагностика фенилкетонурии (ген PAH)

Исследование позволяет выявлять наиболее
распространенные патогенные варианты  p. Arg408Trp  и p. Arg261Gln
в гене PAH, ассоциированные с фенилкетонурией. Данный тест позволяет не только
подтверждать диагноз, но и выявлять случаи носительства патогенных вариантов
для целей преконцептивного (прегравидарного) скрининга.

Тест
01.02.05.295 Молекулярное исследование числа Х-хромосом

Изменения количества хромосом представляют собой
частые хромосомные аномалии, к которым относятся такие заболевания, как синдром
Клайнфельтера, синдром Шерешевского-Тернера и синдром тройной Х-хромосомы.
Исследование рекомендуется проводить мужчинам и женщинам с подозрением на отставание
развития и бесплодие.

Тест
01.02.15.1470 Генодиагностика наследственной нейросенсорнойтугоухости  (гены GJB2, GJB3, GJB6, POU3F4, WFS1)

Наиболее частой формой Х-сцепленной нейросенсорной
тугоухости является тип DFNX2 (50% всех случаев), ассоциированный с мутациями в
гене POU3F4.  Симптомы DFNX2 проявляться не только у мужчин, но и у
женщин, но в более легкой форме. Патогенные варианты в генах 
GJB2 (DFNB1), GJB3, GJB6 связаны с аутосомно-рецессивной формой
наследственной нейросенсорной тугоухости. Редко мутации в гене GJB2 могут
вызывать аутосомно-доминантную форму несиндромальной тугоухости (DFNA3). Гетерозиготные
патогенные варианты в гене WFS1 ассоциированы аутосомно-доминантными
формами нейросенсорной тугоухости с характерной низкочастотной формой
тугоухости (DFNA6/14/38). Гомозиготные патогенные варианты в данном гене
вызывают редкое состояние синдром Вольфрама 1 типа.

Тест
01.02.15.1635 Фармакогенетика метаболизма ингибиторов обратного захватасеротонина и норадреналина; 01.02.15.1630 Фармакогенетика скорости метаболизматрициклических антидепрессантов  (геныCYP2D6, CYP2C19) с развернутым заключением

Печеночная система эндогенной детоксикации
цитохрома рр450 участвует в метаболизме большинства экзогенных химических
субстанций (ядов, промышенные загрязнители и фармакологические препараты),
которые попадают в наш организм. Они кодируются генами CYP2D6 и CYP2C19,
которые имеют выраженный полиморфизм, позволяющий определить лиц с нормальной,
сниженной, низкой и ультравысокой скоростью метаболизма. Фармакогенетическое
исследование проводится по рекомендациям международной панели экспертов CPIC
2015, которая определяют переносимость и рекомендуемые дозировки антидепрессантов
(СИОЗС и ТЦА). Тестирование рекомендуется проводить перед планирование
фармакотерапии депрессии.

Аннотация

В данном пособии представлена схема проведения индивидуальной психологической диагностики ребенка 5—7 лет. Книга содержит описание методик и методических приемов работы с дошкольниками, правила обработки полученных данных и составления на их основе комплексного психологического портрета ребенка.

Пособие ориентировано, в первую очередь, на дошкольных психологов, студентов педагогических вузов, но также будет полезно всем, кого интересуют вопросы практической психологии.

От автора

Именно к пяти годам формируются основные психические качества ребенка, анализ которых позволяет не только составить общее представление о становлении детской психики в каждом конкретном случае, но и наметить пути ее коррекции.

В пособии содержатся методики, необходимые для того, чтобы составить общую картину развития дошкольника, отталкиваясь от которой можно проводить дальнейшую, более углубленную работу.

Описанная схема диагностики позволяет провести самостоятельное исследование даже не имеющему большого опыта психологу, педагогу или студенту психолого-педагогического вуза. Методики не занимают много времени, достаточно просто интерпретируются и в большинстве своем не требуют сложных стимульных материалов для их проведения.