Состояния тревоги случаются с каждым из нас. Чтобы разобраться с причинами тревожных состояний, условно разделим их на два типа: ситуативная тревожность и постоянная тревожность.
Для диагностики типа тревожности попробуйте задать себе несколько следующих вопросов:
1. Как часто проявляется у вас тревожность?
2. Случается ли это на фоне стресса из-за определенной ситуации?
3. Как часто происходят ситуации, подвергающие вас к стрессу?
Состояние ситуативной тревоги вполне нормально, оно позволят человеку обратить внимание на актуальную проблему, мобилизует внутренние ресурсы личности.
Если вы понимаете, что состояния тревоги преследуют вас вне зависимости от окружающей ситуации, беспокойства появляются на пустом месте, то стоит задуматься над тем, что тревога переросла в состояние тревожности. Тревожность – состояние длительного беспокойства, которое негативно влияет на ментальное и физическое состояние человека.
Итого, тревога – ситуативное проявление беспокойства, которое является нормой. Тревожность – постоянное беспокойство, устойчивое состояние.
Различные психологические теории предлагали свою интерпретацию причин. Например, Фрейд считал, что тревога формируется у ребенка, когда мать покидает его на долгое время. Ребенок оказывается в ситуации фрустрации, он не понимает, что будет дальше, ведь гарантия его безопасности – мать – оставила его. Также Фрейд отделяет ситуативную тревожность от невротической.
Другие психоаналитики выделяли причиной возникновения тревожности условия среды, в которой растет ребенок. Невротические связи формируют беспокойную среду, что влияет на тревожность.
Также причиной тревожности может служить очень «благодатная» почва в виде темперамента и особенностей нервной системы (повышенная возбудимость, внушаемость и тд).
Другая причина тревожности – приобретенные стратегии поведения. Ребенок может копировать поведение тревожных родственников и значимых для него взрослых.
Выводы по данной части: беспокойная среда, в которой постоянно пребывает человек, является определяющей для формирования тревожности (но это не единственный фактор). Следующими важными факторами являются определенные особенности нервной системы, особенности личности и приобретенные паттерны поведения.
С причинами тревожности разобрались, перейдем к возможным
вариантам решения вопроса.
1. Если вы замечаете, что тревожность заметно снижает качество вашей жизни, рекомендую обратиться к следующим специалистам: невролог, психотерапевт. Лучше помочь себе раньше, пока проблема не переросла в расстройство, которое лечится гораздо труднее.
2. Рекомендую применять дыхательные техники для расслабления в моменте, когда вы «поймали» тревогу. Тут ссылки на аутогенные тренировки, которые помогут сконцентрироваться на настоящем, оттолкнут негативные мысли: https://www.youtube.com/watch?v=YtrpF7F98gc&list=PL1ren8R3gM5knJ4gEI1bzU7qS3XAWxMwD
3. Упражнение «Здесь и сейчас». Сядьте на стул поудобнее, ощутите стопами пол, выровняйте спину. Попробуйте сконцентрировать внимание на своих ощущениях, которые вызывают у вас предметы из внешней обстановки: осмотрите помещение, в котором находитесь. Постарайтесь «слиться» с реальностью, ощутить себя в центре вашей реальности. Теперь попробуйте вспомнить все тревожащие вас ситуации. Есть ли они сейчас в окружающей вас обстановке? В данный момент эти тревоги здесь и сейчас угрожают вашей жизни? Скорее всего вы почувствуете, что тревоги рядом нет. Упражнение направлено на «возвращение» человека в реальность. Прошлое мы изменить не может, а на будущее мы повлияем в будущем. В настоящем мы находимся здесь и сейчас, в безопасной обстановке, которую мы сами для себя создаем.
4. Посещение психолога, чтобы разобраться в причинах своей тревоги и узнать себя лучше.
5. Рефлексия. В случае ситуативной тревоги задайте себе вопросы: «Для чего я тревожусь? Что мне это даст? Поможет ли мне тревога?». Тревога особо не влияет на ситуацию, только расходует ресурсы. Свое состояние можно контролировать, отгоняйте от себя тревогу.
К психосоматическим проявлениям тревоги относят нарушения сна, головные боли, мигрени и т.д.
П. С. намеренно не говорю ничего о генерализированном тревожном расстройстве (ГТР), потому что этот диагноз назначается врачом-психиатром, коим я не являюсь. Не занимайтесь самодиагностикой и идите к врачу, если чувствуете, что не справляетесь сами.
Страх и тревога — это родственные эмоции. Вы испытываете страх в ответ на непосредственную угрозу, а тревогу — в ответ на будущую угрозу. Каждый человек время от времени испытывает страх или тревогу.
Когда мы испытываем страх и тревогу, у нас возникают мысли и беспокойство о том, что может случиться, но, кроме того, мы испытываем еще и физические ощущения. Это так называемая реакция на опасность: «бей или беги». Страх может быть полезной эмоцией, когда он предупреждает нас об опасности, а чувство тревоги может заставить нас подготовиться к рискованным ситуациям. Физические реакции, которые мы испытываем, могут подготовить наш организм к борьбе с опасностью.
Если у вас тревожное расстройство, степень страха и беспокойства становится несоразмерной ситуации и может присутствовать большую часть времени. Эти чувства могут мешать вам в повседневной жизни.
Тревожные расстройства встречаются у людей всех возрастов, включая детей и подростков. Существуют различные типы тревожных расстройств, в том числе:
Помимо чувства тревоги у вас могут быть итакие как:
Тревога может проявляться и в виде таких как:
В детстве часто возникают страхи, например, боязнь животных или боязнь темноты. Эти виды страхов считаются «обычными страхами», которые являются нормальной частью взросления. Обычно дети и подростки избавляются от этих страхов без посторонней помощи.
Фобия — это совсем другое, это сильный страх, который причиняет вам значительные страдания и оказывает существенное влияние на вашу жизнь. Например, боязнь собак можно назвать фобией, если из-за нее вы стараетесь не ходить в парк.
Фобии (в отличие от обычных страхов), как правило, не проходят сами по себе, но существуют различные варианты лечения, в случае необходимости.
Генерализованное тревожное расстройство
Возможно, вы часто испытываете чувство тревоги и можете легко начать волноваться. Для некоторых людей это часть их личности, и они научились хорошо справляться с этими чувствами. Однако генерализованное тревожное расстройство может заставить вас беспокоиться больше обычного и испытывать сильную тревогу, которая мешает вам в повседневной жизни.
Симптомы и проявления генерализованного тревожного расстройства могут включать:
Тревожное расстройство, вызванное разлукой
Тревога по поводу отсутствия родителя или воспитателя — это нормальная детская особенность. Она обычно длится до дошкольного возраста и иногда может осложнять отход ко сну, уход родителей или опекунов на работу или адаптацию в детском саду или школе. Однако обычно дети и их родители или опекуны справляются с этими трудностями, и уровень тревоги со временем снижается.
Тревожное расстройство, связанное с разлукой, подразумевает тревогу, более сильную, чем обычная тревога при расставании, или когда вы продолжаете испытывать сильную тревогу при разлуке в более старшем возрасте. Вы можете часто беспокоиться или видеть кошмары о том, что ваши родители, воспитатели или вы сами можете пострадать, когда вы не вместе. У вас может наблюдаться тревожное расстройство, связанное с разлукой, если эта тревога мешает вашей повседневной жизни.
Тревожное расстройство, связанное с разлукой, чаще встречается у маленьких детей (5-7 лет), но может возникнуть в любой момент детства, в том числе и в подростковом возрасте.
Социальное тревожное расстройство
Социальная тревожность может выглядеть как крайний вид застенчивости. Вы можете испытывать тревогу, будучи не в кругу хорошо знакомых вам людей, а только с малознакомыми людьми или в больших группах людей.
Это может означать, что вы избегаете ситуаций, в которых вы можете столкнуться с малознакомыми людьми. Возможно, вы также часто испытываете тревогу в больших группах людей и стараетесь избегать таких ситуаций. Многие молодые люди рассказывают, что в таких ситуациях они испытывают страх смущения или унижения.
Это может вызвать у вас проблемы с обретением новых друзей, нахождением в компаниях или в школе (например, выступление на уроке).
Социальное тревожное расстройство часто развивается в подростковом или юношеском возрасте, особенно после полового созревания.
Паническая атака — это внезапное ощущение, что вот-вот произойдет что-то ужасное, несмотря на отсутствие явной угрозы, либо когда чувство страха несоизмеримо с реальной угрозой.
Наблюдаются физические симптомы, такие как:
Эти физические симптомы могут вызвать у вас чувство обморока или ощущение, что у вас может случиться сердечный приступ.
Паническое расстройство включает в себя повторяющиеся эпизоды паники. Это означает, что вы, пытаясь избежать повторных приступов паники, стараетесь не попадать в ситуации, в которых вы уже испытывали приступ панической атаки. Паническое расстройство редко встречается в детстве и, как правило, развивается в подростковом или юношеском возрасте или в ранней молодости.
Агорафобия включает в себя чувство тревоги при нахождении в местах или ситуациях, откуда может быть трудно или неудобно выбраться. Подобные страхи могут быть связаны с такими ситуациями, как нахождение в одиночестве вне дома, пребывание в толпе или пользование общественным транспортом.
Если у вас агорафобия, вы часто будете испытывать тревогу не из-за одной конкретной ситуации, а из-за ряда схожих ситуаций. Например, если вы боитесь оказаться в толпе, вы можете испытывать тревогу в таких ситуациях, как школьные собрания или поход в кино.
У людей с агорафобией также часто бывают приступы паники.
Симптомы тревожности и другие психические расстройства
Симптомы тревожности также могут быть частью другого психического заболевания, например, психоза или биполярного расстройства. Однако если у вас наблюдается другое психическое заболевание, но симптомы тревоги проявляются по отдельности, то вам может быть поставлен диагноз тревожного расстройства наряду с другим психическим заболеванием.
Тревожные расстройства часто возникают наряду с другими заболеваниями. Например, если у вас аутизм или СДВГ, то вероятность развития тревожного расстройства может быть выше. Кроме того, если у вас есть тревожное расстройство, то вы с большей вероятностью можете столкнуться с депрессией, причем обычно наблюдается сочетание симптомов тревоги и депрессии.
Некоторые люди с тревожными расстройствами пытаются справиться с проблемой с помощью наркотиков или алкоголя, но это очень опасно и может стать причиной злоупотребления алкоголем или психоактивными веществами.
Куда я могу обратиться за помощью?
Проблема понимания сущности тревоги как ресурсной характеристики адаптации и ее значения в онтогенезе для нормального и аномального развития личности в настоящее время является актуальной не только для возрастной, педагогической и медицинской психологии, но и для клиники детских болезней, детской и подростковой психиатрии, философии, естествознания и многих других наук.
Речь здесь идет именно о состоянии специфической напряженности как реакции на опасности, угрожающие ребенку со стороны собственных влечений, по сути — о психологическом проявлении инстинкта самосохранения.
Именно в системе отношений, задаваемых социальными ситуациями развития, тревога, по мере накопления опыта актуализаций и фиксации способов реагирования, формирует индивидуальные особенности личности — тревожность, но не как тип, а как вектор, «доминанту» развития, предопределяющую и уязвимость, и «слабое звено», которые определяют черты индивидуально-типологической реактивности личности. Таким образом, тревога как проявление инстинкта самосохранения по мере формирования личности (накопления опыта взаимодействия с окружающим) перерастает в тревожность как форму предуготованности к экзистенциальному страху утраты своей сущности.
Сам по себе ребенок, тревожный он или нет, рассматривается нами как развивающаяся структура, в которой тревожность является фактором, регулирующим эмоционально-поведенческую сферу личности, а тревога выступает признаком адаптационного напряжения. Многообразие форм эмоционального и поведенческого реагирования обусловливается множеством факторов, в том числе биологических, обнаруживая структурные отличия уровней реактивности-тревожности.
Помимо этого при изучении клинико-психологических особенностей формирующейся личности необходимо учитывать вариабельность нормативных возрастных особенностей состояний психики, сильную зависимость их от естественных фаз созревания, когда в периоды возрастных кризисов повышается вероятность неадекватной оценки индивидуальных проявлений тревоги как патологических. Другой крайностью становится недооценка формирующейся тревожности как способа реагирования в ситуациях социализации. О тревожности как характеристике личности, очевидно, следует говорить в тех случаях, когда выявляемые характеристики её отвечают следующим клинико-психологическим критериям:
закономерная смена видов деятельности:
возрастные психофизиологические изменения:
перестройка системы отношений:
результаты развития когнитивной сферы:
Поскольку любая из вышеперечисленных позиций, создавая новые условия существования, подразумевает адаптацию, у ребенка неизбежно возникает в той или иной степени выраженный стресс. И именно тревога является маркером этого стресса, высвечивающим наиболее значимые перемены. Опредмечиваясь в кризисные периоды, она не только отражает характерные переживания, свойственные данному конкретному возрасту, но и определяет индивидуально значимые сферы переживаний («слабые звенья»), характеризующие личностное своеобразие каждого ребенка. Таким образом, можно заключить, что именно школьный возраст является критическим для развития личности ребенка, поскольку момент поступления в школу является периодом, когда тревожность впервые оформляется как личностная характеристика, а кризисный период подросткового возраста является сензитивным периодом формирования личности, определяющим ее нормальное или аномальное (соматическое, невротическое, психотическое) развитие.
Таким образом, тревога, с нашей точки зрения, не может в полной мере быть обозначена ни как функция, ни как состояние, ни как свойство темперамента или личности. Тревога — это системный процесс регуляторного функционирования психики, который одновременно является маркером напряжения, а ситуации, в которых она манифестирует, — это условия, которые ввиду их неосвоенности (в результате семейной сенсибилизации или из-за избыточного реагирования) ребенком травмируют и разрушают еще только формирующиеся границы его личности.
Тревожность — черта сформированной личности, являющаяся средством ориентирования в мире и свидетельством адаптивности внутренней системы, находящейся в процессе поиска адекватной (месту, времени) активности. Исходя из этого, патологической следует считать только ту тревогу, которая блокирует активность (не давая ей развиваться) на уровне действия или видения путей преодоления / обхода. Блокированная активность может когнитивно оформляться в симптом («мне это не нужно»), а если когнитивных средств недостаточно, то ее отрабатывает вегетативная система на соматическом уровне — и, кстати, отрабатывает всё по той же схеме двойного побуждения. Ведь уже в панических состояниях мы можем наблюдать конкурентное возбуждение симпатической («бежать») и парасимпатической («стоять, не двигаться») систем. Таким образом, в развитии личности важнейшим фактором становится тревога, возникающая в ответ на противодействие окружения врожденному типу реактивности, при котором сила побуждения и сила конкурирующего запрета равны.
Публикация выполнена в рамках Государственного задания высшим учебным заведениям на 2013 год в части реализации НИР «Создание макета автоматизированной системы экспертизы компетенций специалистов — выпускников учреждений высшего профессионального образования» (проект ГЗП 31/13).
Обобщение различных точек зрения на феноменологию и функции тревожности позволило нам выделить две причины тесной связи тревожности и психологической защиты личности. Стимулируя поисковую активность, побуждая к оценке ситуации и устранению возможной угрозы, тревожность становится органической составляющей структуры «защитно-совладающего поведения»1. Работая в унисон с другими составляющими этой структуры, она участвует в процессе психической саморегуляции. Но при этом возникает напряжение и, поскольку оно субъективно оценивается как негативное состояние, появляется потребность в психологической защите. Для разрешения этого противоречия и поддержания собственной устойчивости структура защитно-совладающего поведения в процессе развития должна вырабатывать «регламент» взаимоотношений между отдельными своими составляющими, подчиняя их принципам взаимодействия, взаимодополнения и взаимной поддержки. Так, за актуализацией тревожности, продуцирующей состояние тревоги, должна следовать целенаправленная активизация психологической защиты личности, призываемая для снижения уровня этого состояния. И наоборот, напряжение неконструктивных защитных механизмов и копинг-стратегий (копингов) должно вызывать повышение тревоги, сигнализирующей о неадекватном реагировании системы защиты.
Для доказательства высказанного предположения проведено эмпирическое исследование с использованием метода возрастных срезов. В качестве испытуемых выступили подростки 15–16 лет — учащиеся 8-х классов (60 человек — 30 мальчиков и 30 девочек) и студенты старших курсов вузов в возрасте поздней юности 19–20 лет (60 человек — 30 юношей и 30 девушек) — выборки однородны по полу и виду основной деятельности (учебная). Измерялись: общая тревожность, ситуативная тревога и личностная тревожность, защитные механизмы личности и применяемые ею стратегии совладания (копинг-стратегии). В исследовании использовались общепринятые методики диагностики (адаптированные и стандартизированные). Анализировались средние значения, а также взаимосвязи девятнадцати выделенных с помощью этих методик диагностических показателей (табл. 1).
Таким образом, наряду с защитными механизмами подростки используют достаточно сформированные к этому возрасту копинг-стратегии, средние значения которых даже превалируют над величинами показателей защитных механизмов. Однако возникает вопрос, как, насколько активно и умело, эти защитные механизмы и копинг-стратегии применяются в ситуациях, вызывающих актуализацию личностной тревожности и стимулирующих ситуативную тревогу? И каково участие самой тревоги в работе структуры, образованной показателями защиты? Отчасти ответы на эти вопросы можно получить в процессе корреляционного анализа, позволяющего выявить характер взаимосвязей показателей.
Анализ корреляций отдельных составляющих психологической защиты показывает, что структура защитно-совладающего поведения складывается уже к подростковому возрасту (рис. 1).
В целом сравнительный анализ средних значений показателей сформированности отдельных составляющих психологической защиты позволяет говорить лишь о некоторых особенностях, связанных с возрастным развитием личности. Можно констатировать, что с возрастом сохраняется сложившаяся ещё в подростковый период тенденция использования защит и копингов, особенно тех, что вызываются борьбой с переизбытком информации и необходимостью брать на себя ответственность за происходящее. Лица юношеского возраста в меньшей степени, чем подростки, склонны к сознательному избеганию проблем (р ≤ 0.05), фокусированию на создании положительного мнения о своей личности (р ≤ 0.01) и в большей — к получению поддержки и помощи со стороны других людей (р ≤ 0.05). Количественный анализ средних значений не выявил общей закономерности возрастной динамики показателей защиты и совладания.
На рис. 2 представлена корреляционная плеяда показателей студенческой выборки. Первое, что обращает на себя внимание — в три раза большее количество взаимосвязей в структуре по сравнению с таким же корреляционным образованием выборки школьников-подростков (44 к 131). Это говорит о том, что с возрастом происходит интенсивное увеличение взаимосвязей в структуре защитно-совладающего поведения, что приводит к еë обогащению. Отдельные составляющие структуры «заручаются» активной поддержкой со стороны других составляющих, что делает структуру сильной и менее уязвимой. Интересно отметить, что половина показателей защитных механизмов «сотрудничает» с малопродуктивными копинг-стратегиями (бегство-избегание, дистанцирование, конфронтация), практически не противореча друг другу. Их изменения синхронны: напряжение защитных механизмов актуализирует действие этих копинг-стратегий, и наоборот, привлечение копингов для разрешения конфликтов и решения проблем одновременно приводит в действие закрепившиеся в личности защиты. Конструктивные копинги (самоконтроль, планирование решения проблем и положительная переоценка) не нуждаются в помощи механизмов защиты (достоверных корреляций между ними не обнаружено). А такой копинг, как поиск социальной поддержки, напротив, противодействует использованию защитных механизмов (например, снижает проявления гиперкомпенсации).
В рамках рассматриваемого возрастного интервала структура показателей психологической защиты претерпевает коренные изменения, что свидетельствует о еë возрастной изменчивости. Из плеяды подростковой выборки в юношескую переходят только две взаимосвязи, которые следует признать независимыми от возраста: это отмеченная выше взаимосвязь поиска социальной поддержки и гиперкомпенсации, а также взаимосвязь конфронтативного копинга и механизма рационализации. Характер других взаимосвязей кардинально меняется. Иными словами, складывающаяся в подростковом возрасте структура ещë неустойчива, стабилизация всего двух взаимосвязей не позволяет выделить «ядро» структуры, о котором можно было бы говорить, что оно сформировано на данном возрастном этапе.
Что касается интересующих нас показателей тревожности, то, как это показывает корреляционный анализ, в отличие от подростковой выборки, они буквально «врастают» в структуру защитно-совладающего поведения юношеской выборки. Если в подростковой выборке все три показателя тревожности в сумме имеют всего 7 взаимосвязей с показателями защит и копингов, то в юношеской таких взаимосвязей уже 22, причём все, кроме одной, — положительные.
Поскольку не все различия структур возможно определить визуально и, кроме того, в связи с необходимостью оценивать достоверность выявляемых различий, мы обратились к дивергентному анализу.
Как это видно из табл. 2, между парами показателей в структурах подростковой и юношеской выборок обнаруживается 50 существенных различий, из них 17 различий (то есть 34% от общего их числа) касаются показателей тревожности. Прослеживая возрастную динамику, можно увидеть, что к юношескому возрасту сохраняются в неизменном виде только те прочные связи (р ≤ 0.001), которые образовались между тремя показателями тревожности уже к подростковому возрасту (1-м и 2-м; 1-м и 3-м; 2-м и 3-м), что не требует пояснения и только подтверждает достоверность результатов проведённого исследования. Ранее (в подростковом возрасте) слабые или практически отсутствующие связи тревожности с показателями защитно-совладающего поведения в юношеском возрасте становятся явными и прочными. Так, если в подростковой выборке связь тревожности
и копинга «бегство-избегание» (17) очень слабая, практически незначимая (r = 0.12), то в юношеской выборке эта связь укрепляется и рассматривается как существенная, принимающая активное участие в процессе саморегуляции, направленном на адаптацию (r = 0.60 на уровне р ≤ 0.001). По-видимому, оценка ситуации как неопределённой и угрожающей вызывает повышение тревоги и стремление к еë избеганию, и наоборот, использование стратегии избегания осознаётся и оценивается как неадаптивное, что, в свою очередь, вызывает тревогу. В целях саморегуляции состояния субъект может сознательно преодолевать негативное влияние стратегии избегания, намеренно подавляя в себе это побуждение или заменяя эту стратегию другой, например стратегией поиска социальной поддержки (15), которая отрицательно коррелирует с показателями тревожности. Подобным образом могут интерпретироваться не все выявленные различия между парами исследуемых показателей. Дивергентный анализ выявил и те пары показателей, корреляции между которыми существенны в подростковом возрасте, но практически разрываются в юношеском. В первую очередь, это интересующие нас связи показателей тревожности (1, 2, 3) с другими показателями структуры защитно-совладающего поведения. В корреляционной плеяде выборки подростков выявлены достоверные отрицательные взаимосвязи этих показателей с копингом «положительная переоценка» (19). Подростками в ситуациях, вызывающих тревогу, подавляются усилия по приданию положительного значения происходящему, которые могли бы помочь им справиться с возникающим напряжением. И наоборот, если ситуации придаётся значение, уменьшающее степень еë угрозы, это снижает у них проявления тревожности. В юношеском возрасте эта закономерность не сохраняется, то есть процесс положительной переоценки ситуации мало зависит от уровня тревожности. Подобный разрыв связей происходит и между другими показателями (6 – 14, 12 – 19, 13 – 16). Наблюдается также процесс превращения ранее отрицательных связей между показателями в положительные, хотя при этом статистически незначимые. Это касается взаимосвязей между показателями механизмов защиты и копинг-стратегий (пары показателей 4 – 15, 7 – 17). По-видимому, в юношеском возрасте снимается противоречие между этими формами защиты и в парах «завязываются» более логичные, в данном случае нейтральные, отношения.
Проведённое исследование позволяет говорить о том, что структура защитно-совладающего поведения, образованная защитными механизмами и копинг-стратегиями, начинает складываться в подростковом возрасте. Уже в старшем подростковом возрасте устанавливаются взаимосвязи между еë показателями, однако они недостаточно прочные и устойчивые, зачастую носят антагонистический характер. В юношеском возрасте структура психологической защиты обогащается связями, за счëт чего становится интегрированной. Между подструктурами устанавливаются «партнëрские» отношения, отчасти снимающие противоречие между использованием защитных механизмов и копинг-стратегий. Тревожность, принимающая участие в организации защитно-совладающего поведения в подростковом возрасте, в юношеском полностью «врастает» в структуру, взаимодействуя практически со всеми еë показателями. В связи с этим тревожность может рассматриваться как неотъемлемая часть психологической защиты, которая на данном уровне развития личности выполняет функцию еë адаптации.
Школьная тревожность – признак затруднений пятиклассника
и их преодоление в процессе обучения
Организация: МАОУ СОШ № 211 им. Л.И. Сидоренко
Населенный пункт: Новосибирская область, г. Новосибирск
Объектом данного исследования являются младшие подростки общеобразовательной школы, а предметом – состояние тревожности, связанное с их учебной деятельностью. Наш выбор обусловлен тем, что пятый класс относится к нестабильному периоду в школьной жизни младшего подростка. Существенно меняются условия обучения: дети переходят от взаимодействия с одним учителем к системе классный руководитель — учителя-предметники — кабинетная система. Она требует от школьника умений приспособиться к новым условиям. Их отсутствие ведет к повышению уровня школьной тревожности, с которой сталкивается психолог, педагоги, родители учащихся при взаимодействии с младшими подростками в образовательном процессе.
Проблема детской тревожности, как основы эмоциональных расстройств, в настоящее время является междисциплинарной. Она относится не только к области детской психиатрии, но и к сфере интересов возрастной, педагогической и медицинской психологии. Уже само понятие «тревога» используется в различных значениях, что порождает неопределенность его трактовки на семантическом уровне. В данной работе мы, вслед за психологами, тревогу рассматриваем в качестве преходящего психического состояния, возникающего под воздействием стрессогенных факторов, в частности с ожиданием неудач в социальном взаимодействии. Тревога проявляется в неуверенности в себе, беспомощности. В деятельности – это общая дезорганизация, нарушающая её направленность и продуктивность. Повышенная склонность личности испытывать тревогу является свойством тревожности.
Многие исследователи (Астапова В. М, Захаров А. И, А. Фрейд и другие) считают, что эмоциональные расстройства у детей не проходят бесследно, а способствуют возникновению в последующем своеобразных личностных характеристик, нервно-психических и психосоматических расстройств. Поэтому её предупреждение является важной профессиональной задачей участников образовательного процесса.
Тревожность возникает и закрепляется, если не удовлетворяются возрастные особенности ребенка. В это время происходит смена ведущей деятельности ребенка. Если у младшего школьника ведущей деятельностью была учеба, то у подростка, как считал Д. Б. Эльконин – ведущей деятельностью детей этого возраста становится общение со сверстниками Глубокие изменения, происходящие в психологическом облике младшего подростка, свидетельствуют о широких возможностях развития ребенка на данном возрастном этапе. Происходящая в этом возрасте «утрата детской непосредственности» (Л. С. Выготский) характеризует новый уровень развития мотивационно потребностной сферы, что позволяет ребенку действовать не непосредственно, а руководствоваться сознательными целями, социально выработанными нормами, правилами и способами поведения. Большую часть своей жизни ребенок проводит в группе и именно поэтому для него крайне важно занимаемое им место в социуме и кто его окружает. Тревожность младшего подростка влияет на социометрический статус личности в группе. Личность начинает реализовать себя в школьные годы, для ребенка крайне важно занимать достойное место среди сверстников, но существует множество проблем в достижении успеха, в данном случае это психологическая особенность — тревожность. Представление младшего подростка о себе и его самооценка ещё строятся на оценках, которые он получает от взрослых, прежде всего от родителей и учителей, параллельно с этим он учится делать выводы о своих поступках самостоятельно. Если ребенок сможет адаптироваться к новым условиям, то в будущем для него будет меньше стрессов, разочарований и депрессий.
Конечно, не только тревога служит причиной нарушений поведения, психического и социального здоровья человека – существуют и другие психологические механизмы неблагоприятных вариаций в развитии личности ребенка или подростка. Однако большая часть проблем, с которыми родители «трудных детей» обращаются к психологу и психотерапевту, большая часть явных нарушений, препятствующих нормальному ходу обучения и воспитания, в своей основе связаны с эмоциональной неустойчивостью ребенка, то есть в конечном итоге – с тревогой.
С одной стороны критерием высокой тревожности у детей младшего подросткового возраста являются трудности общения, эмоциональная лабильность, страхи, упрямство, повышенная истощаемость и другие нарушения поведения. Эти дети более раздраженные и непослушные, более нервные и склонные впадать в тревогу, более импульсивные и агрессивные и чувствуют себя более одинокими и подавленными. Высокая тревожность детей младшего подросткового возраста могут быть разной степени тяжести, от невротической до патологической. Они могут свидетельствовать о начинающем заболевании, а могу иметь не патологические формы эмоциональных нарушений, тем не менее, представляют серьёзные затруднения для воспитания и обучения.
Школьная тревожность может проявляться в поведении учащихся самыми разнообразными, порой неожиданными, способами, маскируясь под другие проблемы. Признаки школьной тревожности: ухудшение здоровья учащегося; нежелание ходить в школу; излишняя старательность при выполнении заданий; отказ от выполнения субъективно невыполнимых заданий; раздражительность и агрессивные проявления ребенка; рассеянность на уроках; потеря контроля над физиологическими функциями в беспокоящих ситуациях. Школьная тревожность подростка является очевидным признаком затруднений в процессе школьной адаптации. Повышенная школьная тревожность препятствует эффективной учебной деятельности независимо от того, осознается она самим ребенком или нет. Поэтому очень важно на начальном этапе адаптации пятиклассника выявить подростков с повышенной и высокой школьной тревожностью. Для выявления школьной тревожности используются: методика Филлипса; Проективная методика для диагностики школьной тревожности А. М. Прихожан; Диагностика ситуативной и личностной тревожности Спилбергера — Ханина; Аффективный опросник Цукермана; Опросник профиля настроения МакНэйра, Лорра и Дропплмена; Метод экспертных опросов педагогов и родителей школьников; наблюдение как метод определения уровня школьной тревожности.
Необходимо научить ребёнка справляться с эмоциональными нагрузками, разумно их дозировать, рационально организовывать режим работы и отдыха. Важно чётко определить провоцирующие тревожность причины и создать необходимые условия для повышения самооценки ученика, его уверенности в собственных силах и способностях. Следует обучить ребёнка технике контроля над своим поведением в школе, направить усилия на формирование волевых качеств личности, выработке ценностных ориентиров школьника на данном этапе своего развития. Основная работа с психологом заключается в выработке новых стратегий поведения в сложных для ребёнка ситуациях и поиске способов избавления от тревоги (разрядки). Безусловно, ребёнку всегда передаётся эмоциональное напряжение и волнение самых близких людей, родителей. Поэтому для психологического спокойствия в школе детям необходима располагающая к этому обстановка в кругу семьи.
1. Астапов В. М. Функциональный подход к изучению состояния тревоги // Тревога и тревожность / Под ред. В. М. Астапова.- СПб:Питер, 2001.-256с.
2. Битянова М. Р. Психолого-педагогическое сопровождение на этапе перехода из начальной школы в среднее звено// Школьный психолог. ‒ 2001. — № 33.
3. Выготский Л. С. Психология.- М.: Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2000. С. 989 – 997.
4. Микляева А. В., Румянцева П. В. Школьная тревожность: диагностика, профилактика, коррекция. — СПб.: Речь, 2004. ‒ 248 с.
5. Млодик И. Ю. Книга для неидеальных родителей, или Жизнь на свободную тему. — М.: Генезис, 2009. 3-е изд. — 232 с.
6. Прихожан А. М. Психология тревожности. Дошкольный и школьный возраст.- М.: Питер, 2007. 192 с.
7. Рогов Е. И. Настольная книга практического психолога: Учеб. пособие: В 2 кн. — 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Гума-нит. изд. центр ВЛАДОС, 1999. — Кн. 1: Система работы психолога с детьми разного возраста. — 384с: ил.
8. Холина Л. И. Субьектный подход к процессу обучения/ Матер. Междунар. практ конф. « Педагогический профессионализм в современном образовании». – Новосибирск, Изд. Н ГПУ, 2010.-С.429-438.
9. Эльконин Д. Б. Избранные психологические труды. — М: Педагогика 1989.—С. 560.
