подростковые страхи и их обусловленность тревогой невротизмом и агрессией

Сначала коротко

Ситуация: Современный человек вынужден постоянно адаптироваться к стремительно меняющимся условиям окружающей среды.

На деле: Способность к эффективной адаптации зависит от уровня личностной тревожности, которая в условиях неопределённости проявляется, в том числе, в изменениях активности различных отделов головного мозга.

Иллюстрация: «Новая газета Европа»

Для измерения тревожности внутри российского общества пиарщики использовали единицу «Медиаюнг» (MJng). Вообще в MJng измеряется эффективность рекламной или pr-кампании, однако КРОС применил этот инструмент к оценке воспроизводства тревоги и ее проникновения в СМИ и социальные сети. В фокусе исследователей — заголовки в СМИ и обсуждения в социальных сетях. Самые обсуждаемые и пугающее события они собирают в рейтинг из 10 позиций.

Как пишут исследователи, «Национальный индекс тревожности» показывает доминирующие в обществе тревоги и фобии, формируемые СМИ и жизненным опытом граждан. По их мнению, индекс позволяет изучить «серую зону» фобий граждан — то есть наши неочевидные страхи, те, что не лежат на поверхности. В то время как «регулярные социологические опросы не настроены на выявление персональных тревог, а пресса не может формировать информповестку, опираясь на частную жизнь граждан». Иными словами, о своих страхах человек скорее расскажет в социальных сетях, чем журналистам; и исследование «Национальный индекс тревожности» — как раз об этом.

Исследователи фонда «Общественное мнение» (ФОМ) выяснили, что в данный момент около 70% россиян испытывают тревогу. Это число выросло почти в два раза с 18 сентября

По данным исследования фонда «Общественное мнение» (ФОМ), почти две три россиян испытывают тревогу в последнее время. Результаты опроса, который проводился 23–25 сентября в различных регионах России среди 1500 респондентов, были опубликованы на официальном сайте организации.

Как выяснили исследователи, по состоянию на 23–25 сентября уровень тревожного настроения опрошенных составил почти 70%. Аналитики спрашивали респондентов, какое настроение, по их мнению, преобладает среди их родных, друзей, коллег, знакомых — спокойное или тревожное. При этом известно, что неделей ранее, 18 сентября, специалисты ФОМ проводили аналогичный опрос. Тогда о чувстве тревоги заявили всего 35% респондентов — почти вдвое меньше участников, чем на следующей неделе.

26% опрошенных в рамках последнего исследования рассказали, что чувствуют спокойствие. Однако за неделю до этого такой вариант ответа называли 57% респондентов — более чем в два раза больше участников.

Ранее, в марте, исследователи Аналитического центра НАФИ выяснили, что только 30% россиян удается сохранять эмоциональное равновесие и контролировать уровень тревожности в текущей социально-экономической ситуации. В меньшей степени стрессу подвержены молодые россияне 18-24 лет, люди с хорошим материальным положением и опрошенные без высшего образования, сообщали тогда аналитики.

Общественная рефлексия растянута во времени, уверены эксперты

45% россиян считают, что среди их знакомых 23–25 июня преобладало тревожное настроение, а 48% уверены, что люди вокруг чувствовали себя спокойно. Это следует из данных опроса, проведенного ФОМ в эти дни.

Еженедельный опрос проводился 23–25 июня методом интервью по месту жительства респондента. Опрошено 1500 человек (жители 104 городских и сельских населенных пунктов в 53 субъектах РФ).

У респондентов спрашивали, какое настроение, по их мнению, преобладает среди их родных, друзей, коллег, знакомых – спокойное или тревожное?

О тревожном настроении в их окружении заявили 45% опрошенных. На фоне событий показатель тревожности вырос в рамках статистической погрешности – на 1% по сравнению с данными еженедельного опроса ФОМ от 18 июня. Число граждан, уверенных в том, что люди вокруг чувствуют себя спокойно, снизилось на 2% по сравнению с предыдущей неделей и составило 48%.

7% опрошенных затруднились с ответом.

Среди событий недели с 19 по 23 июня, которые наиболее привлекли их внимание, опрошенные ФОМ назвали специальную военную операцию – 30%. В частности, атаки дронов на территорию России – их респонденты описывали как «атаки Крыма», «беспилотник, упавший в Воронеже», «дроны сюда летают», «обстрелы наших территорий». Также они отмечали «взрыв дамбы Каховской ГЭС», «трагедию на ГЭС».

События вокруг ЧВК «Вагнер» (начались вечером 23 июня, закончились вечером 24 июня) успели привлечь внимание 19% опрошенных. Люди описывали эти события как «вооруженный мятеж», «вчера предателей смотрели: свои же против нас, Пригожин», «вагнеровцы» вошли в Ростов», «был захват штаба в городе, сейчас все успокоилось».

Гибель батискафа в Атлантическом океане отметили 2%. 44% опрошенных затруднились с ответом, какие события прошедшей недели, о которых сообщалось в СМИ, их заинтересовали.

После подобных событий сохраняется «безусловная инерция» тревожности, сообщил «Ведомостям» директор по политическому анализу «Инсомар» Виктор Потуремский. Случившееся, по его мнению, не соответствует социальному опыту российского общества, поэтому рационализировать его достаточно трудно.

Тревога перестает быть преобладающей эмоцией россиян, следует из последнего опроса ФОМ: впервые в 2023 году количество тех, кто чувствует себя спокойно, превысило количество испытывающих тревогу. И это несмотря на то, что спецоперация на Украине по-прежнему остается в фокусе общего внимания. Эксперт объясняет происходящее отсутствием чрезвычайных событий в повестке и общей способностью психики к адаптации.

Впервые с конца сентября прошлого года россиян, испытывающих различные тревоги, оказалось меньше тех, кто чувствует себя спокойно, об этом свидетельствует последняя волна опросов ФОМ. 48% респондентов оценивают настроение окружающих как спокойное, и только 47% признались, что их близкие и знакомые испытывают тревогу. Опрос проводился 3–5 марта методом интервью по месту жительства респондента. Выборка составила 1500 человек в 104 городских и сельских населенных пунктах в 53 регионах, статпогрешность исследования социологи оценивают в 2,5%.

С учетом последней число россиян, ощущающих тревожность, скорее сравнялось с количеством тех, кто чувствуют себя спокойно. Если посмотреть предыдущие замеры ФОМ, то можно увидеть, что уровень страхов, достигший пиковых показателей в сентябре прошлого года (тогда о преобладании тревожности сообщали до 70% опрошенных), неуклонно снижается и достиг уровня значений, характерных для времени до начала специальной военной операции (СВО).

Несмотря на успокоение в обществе, самым главным событием на прошлой неделе, по мнению россиян, стала специальная военная операция. Таковым ее посчитали 42% респондентов.

Напомним, что социологи ФОМ регулярно просят респондентов назвать в произвольной форме наиболее заинтересовавшее их событие. Впоследствии исследователи сами группируют их в общие категории. С аналогичными значениями (41%) СВО держалась в топе главных событий весь январь, однако с середины февраля и до прошлой недели она хоть и по-прежнему сохраняла лидерство, но со значимо меньшим результатом в 30–35%. Отметим, что в последнем опросе социологи разделили упоминания этого события как главного на три категории: спецоперация, военные действия в целом (32%), проникновение диверсионной группы в Брянскую область (10%), обстрел российских территорий (2%). На втором месте в топе событий недели идет землетрясение в Турции (4%), на третьем — послание федеральному собранию, состоявшееся 21 февраля (3%). На прошлой неделе выступление президента находилось на втором месте с результатом в 19%.

Человечество, вступив в третье тысячелетие, наряду с невиданными достижениями в области технического прогресса приобрело новые источники страха за свое существование. Если прошлый век прошел под знаком угрозы ядерной войны, которая все-таки была гипотетической, то страх терроризма, СПИДа и других новых болезней имеет вполне реальную основу. Ни один человек, независимо от возраста и социального статуса, не застрахован от того, чтобы стать жертвой очередной террористической акции, которые совершаются на планете почти ежедневно.

В нашей стране к этим тревогам добавляются страхи, связанные с экономической необеспеченностью большей части населения, а также с криминальной обстановкой в стране. Дети и подростки в силу их эмоциональной восприимчивости с особой силой переживают все эти страхи, которые, накладываясь на традиционные детские фобии, могут приводить к серьезным нарушениям их эмоциональной сферы вплоть до невротических расстройств. В связи с этим изучение детских и подростковых страхов, а также личностных факторов, которые предрасполагают к ним, представляется нам актуальной и практически значимой психологической проблемой.

Многие страхи сохраняют свою силу и могут проявляться на протяжении всей жизни человека, от младенчества до старости. В то же время каждый возрастной этап развития имеет свою специфику переживания и проявления страхов. В исследованиях разных авторов выделен ряд страхов, типичных для детского и подросткового возраста, хотя они обусловлены культурными и национальными факторами.

Анализ исследований детских и подростковых страхов позволяет заключить, что основная часть переживаемых страхов закладывается в детстве, но при этом каждый возрастной этап развития характерен проявлением определённых видов страха.

Одним из направлений изучения страхов является исследование личностных и ситуационных факторов, обусловливающих их возникновение. В качестве личностных детерминант страха чаще всего рассматриваются тревожность, нейротизм и агрессивность.

Все авторы склонны считать, что между склонностью к переживанию страхов и тревожностью существует позитивная связь, но не всегда на основе знания уровня тревожности личности можно предсказать вероятность возникновения у нее эмоции страха в конкретной жизненной ситуации, поскольку здесь большую роль играют и другие личностные и ситуативные детерминанты.

Взаимосвязь агрессивности и страха имеет более сложную природу.

Подводя итоги этому короткому обзору исследований, посвященных страху, можно сказать, что, несмотря на большое число исследований тревоги и страха в зарубежной и отечественной психологии, существует много неясностей относительно степени выраженности разных страхов у подростков, а также их личностной обусловленности.

В связи с этим цель данной работы состояла в исследовании страхов подростков и их обусловленности тревожностью, нейротизмом и агрессивностью. Данная цель конкретизировалась решением следующих задач:

Для диагностики страхов применялся опросник «Виды страха», разработанный И. П. Шкуратовой. Он содержит тридцать шесть факторов, вызывающих переживание страха. Все эти факторы сгруппированы в пять групп: а) фобии, б) учебные страхи, в) социальные страхи, г) криминальные страхи, д) мистические страхи. Испытуемый должен оценить, насколько данный фактор провоцирует у него чувство страха, пользуясь шкалой от 0 до 4 баллов: 0 — такого страха у меня никогда не было; 1 — такой страх у меня был однажды; 2 — такой страх у меня был несколько раз; 3 — периодически такой страх у меня возникает; 4 — этот страх меня преследует постоянно.

Для выявления возрастной динамики страхов использовалась методика «Свободное описание страхов» (СОС), разработанная И. П. Шкуратовой и В. В. Ермаком. В ней испытуемым предлагалось в свободной форме описать свои страхи в трёх временных измерениях: в прошлом, настоящем и будущем. Испытуемый отвечал на следующие вопросы. Чего я боялся, когда был маленьким? Чего я боюсь сейчас? Чего я боюсь в будущем?

Обработка осуществлялась с помощью контент-анализа ответов путем отнесения каждого страха к одной из пяти вышеуказанных групп.

В качестве объекта исследования выступили 60 учащихся 11-х классов (30 юношей и 30 девушек).

Уровень тревоги граждан России в уходящем году упал в два раза и почти вернулся к значениям 2021 года, в первую очередь за счет «рутинизации» страхов, связанных со специальной военной операцией (СВО). К такому выводу пришли авторы очередного доклада в рамках «Национального индекса тревожностей. К РОС», подготовленного одноименной коммуникационной компанией. Место военных страхов потихоньку заполняют «житейские» — например, из-за природных катаклизмов и ограничения абортов.

Суммарный индекс тревожности по итогам 2023 года составил 11,8 тыс. «медиаюнгов», подсчитали авторы доклада: это на 45% меньше, чем в 2022-м, когда на фоне СВО показатель «взлетел» до 21,4 тыс., и сопоставимо с результатом последнего «пандемийного» года (9,8 тыс. в 2021-м). Причиной столь серьезного «охлаждения» общества стали «привыкание к новым реалиям и рутинизация темы СВО в медиа», говорится в докладе.

Напомним, КРОС ранжирует тревожности россиян на основе анализа новостей СМИ («медиаиндекс»), а также постов и комментариев в соцсетях («соцмедиаиндекс»). Их среднее арифметическое — это суммарный индекс, который показывает масштаб «информационной волны».

Эксперты отмечают, что свидетельством тенденции можно считать резкое падение тревожности в Москве и Санкт-Петербурге — сразу в пять раз.

Жители северной столицы «остыли» настолько, что город впервые опустился на шестое место в списке «наиболее встревоженных» субъектов РФ, где неизменно занимал второе место после Москвы. Сама столица, впрочем, первенство сохранила. На второе место в 2023 году вышла Белгородская область, третьим оказался Севастополь.

Тревожность, связанная с ходом СВО, снизилась и в целом по стране: если в прошлом году она входила в тройку основных страхов сразу в 83 субъектах, то сейчас — только в 52. А количество регионов, где военные опасения заняли первое место, сократилось еще сильнее — с 70 до 33.

Однако близость к фронту по-прежнему является ключевым фактором, определяющим общий уровень тревожности в конкретном субъекте.

Так, помимо уже перечисленных, в число самых «встревоженных» вновь вошли «прифронтовые» Брянская и Курская области (четвертое и девятое места соответственно) и впервые — Крым и Ростовская область (пятое и восьмое). Более того, на седьмом месте расположился Краснодарский край. Напомним, с 19 октября 2022 года во всех этих регионах введен средний уровень реагирования.

Наиболее волнующей темой для жителей «прифронтовых» субъектов остаются диверсии: они лидируют среди самых главных тревог в Крыму и Севастополе, Брянской и Курской областях, а в Белгородской области опережают ближайший страх, связанный с ростом цен, сразу в пять раз. В целом диверсии остаются страхом номер один в 15 субъектах. Еще в 13 регионах лидируют природные катаклизмы — пожары и наводнения.

По данным авторов доклада, в ряде случаев в тройку главных страхов попали специфические — нападения бродячих собак (18 регионов), отравления кишечными инфекциями и алкоголем

и законодательные инициативы в отношении абортов

.

Последняя тема серьезно взволновала жителей Кабардино-Балкарии, Курской, Новосибирской, Архангельской и Липецкой областей (3-е место в региональном топе), Нижегородской, Калининградской, Тверской и Псковской областей (2-е место), а Мордовии и вовсе вышла на 1-е место.

«Регионы возвращаются к более житейским тревогам, причем многие из них имеют географическую привязку,— говорит директор по аналитике КРОС Андрей Лебедев.— В Сибири и на Дальнем Востоке людей тревожили пожары, на юге страны — наводнения. Безусловно, они были и в прошлом году, но не так часто попадали в топ, который был занят темами СВО». Также из числа актуальных тревожностей «практически ушли» санкции и частичная мобилизация, тогда как в прошлом году они порождали серьезный страх, констатируют авторы.

В десятку «самых невозмутимых» регионов по итогам 2023 года вошли Кабардино-Балкария, Ингушетия, Карачаево-Черкесия, Адыгея, Калмыкия, Еврейская автономная область, Чукотка, а также Магаданская, Тамбовская и Амурская области.

Гендиректор ВЦИОМа Валерий Федоров согласен с тем, что в медиаповестке произошла «рутинизация» СВО. « Но что такое «рутинизация»? Это когда новость «перепродана». Она важна, она не может не быть важной, но откликаются на нее уже не так активно в силу насыщения, привыкания»,— объясняет он. По словам социолога, о том, что тревожность, связанная с СВО, «никуда не девается», говорит горизонт планирования граждан: как он резко сократился в феврале 2022 года, так до сих пор и не восстановился. « Судя по опросам, люди все еще не могут принимать долгосрочные решения и не знают, что будет буквально через несколько месяцев»,— говорит господин Федоров.

Для чего это нужно?

Как итог — установлено, что высокая личностная тревожность приводит к предвзятым (завышенным) оценкам различных форм неопределённости и тем самым влияет на эффективность принятия решений. « Ситуация повышенной неожиданной неопределённости — резкого изменения ситуации — вела к ухудшению когнитивных процессов у лиц с высокой личностной тревожностью за счёт переоценки нестабильности и изменчивости окружающей среды», — комментирует Марина Иванова. Она отмечает, что и в жизни условия неопределённости могут негативно влиять на оценку различных реальных сложностей и приводить к дезадаптации, ошибкам в принятии жизненных решений.

В будущем интересным направлением исследований могло бы стать сочетание методов магнитоэнцефалографии с фармакологическими воздействиями. Такие эксперименты продемонстрировали бы возможности модулирующего действия нейромедиаторов (дофамина, ацетилхолина и др.) на нейронные осцилляции.
IQ

Томас Хайн, Лондонский университет (Великобритания)

Женг Гонг, выпускница магистерской программы Института когнитивных нейронаук НИУ ВШЭ

Марина Иванова, стажер-исследователь Центра нейроэкономики и когнитивных исследований Института когнитивных нейронаук НИУ ВШЭ

Феделе Томмасо, ведущий научный сотрудник Института когнитивных нейронаук НИУ ВШЭ

Вадим Никулин, Институт когнитивных исследований человека и мозга им. Макса Планка (Лейпциг, Германия)

Мария Эррохо Руис, Лондонский университет (Великобритания)

Социологи посчитали сторонников и противников углубления СВО

Послание президента — это, безусловно, событие в повестке, оно и содержательно, и на символическом уровне подтвердило, что все нормально, говорит директор по политическому анализу ИНСОМАР Виктор Потуремский. Общее снижение тревоги он объясняет отсутствием в повестке потрясений и чрезвычайных событий, а также общей адаптацией. « Напомню, что рост уровня тревоги в прошлом году был связан в том числе с частичной мобилизацией,— говорит он.— Сейчас ничего такого нет. Ситуация на фронтах затяжная, стабильная, более того, ее можно интерпретировать как достижение определенных успехов».

Кроме того, нужно понимать, что тревога и страх — это энергозатратные состояния, долго в них пребывать невозможно, добавляет эксперт. Поэтому люди находят способы адаптации и склоняются к поведению, которое позволяет снижать общий уровень тревоги.

Аналогичной позиции придерживается и президент фонда «Петербургская политика» Михаил Виноградов: «Стало меньше негативных событий, взрывающих картину мира тех, кто считает, что все идет в целом благополучно и устойчиво». Сверхстрессовых событий типа мобилизации или взрыва Крымского моста стало заметно меньше, а привычные фронтовые сводки встречаются с меньшим драматизмом и вниманием, отмечает эксперт.

Теперь подробнее

Учёные из Института когнитивных нейронаук НИУ ВШЭ совместно с коллегами из Лондонского университета (Великобритания) и Института когнитивных исследований человека и мозга им. Макса Планка (Германия) изучили с помощью работу головного мозга у людей с низким и высоким уровнями личностной тревожности во время решения вероятностных задач. Выяснилось, что в ситуации неопределённости между двумя группами испытуемых существуют различия в активности медиальной префронтальной, орбитофронтальной и передней поясной коры. У людей с высоким уровнем тревожности нейрональная активность оказалась выше, а эффективность в решении задач ниже. Причина этого — в особенностях восприятия условий неопределённости. Результаты исследования опубликованы в журнале Communications Biology.

Как изучали?

В исследовании приняли участие 39 добровольцев — 24 женщины и 15 мужчин. Перед опытами испытуемые заполняли «Шкалу тревоги Спилбергера — Ханина» для выявления уровня личностной тревожности (45 баллов — высокий уровень этого показателя, 36 и менее — низкий уровень). При этом, как известно, личностная тревожность является достаточно стабильной чертой и при повторных тестах оценки варьируются мало. Показатели личностной тревожности в группах добровольцев составили от 24 до 65 баллов, средний показатель — 30,5. Никто из респондентов не страдал психическими расстройствами.

Затем добровольцев разделили на две сбалансированные по возрасту и полу экспериментальные группы. В первой — с высокой тревожностью — оказались 12 женщин со средним возрастом 22,6 года, а во второй — с низкой личностной тревожностью — 12 женщин со средним возрастом 23,7 года.

Далее все испытуемые выполнили вероятностную обучающую задачу с возможностью получения вознаграждения в зависимости от результатов. Участникам эксперимента на экране компьютера показывали синие и красные стимулы. От выбора тех или иных стимулов зависела процентная вероятность выигрыша (скажем, при выборе красного левого стимула — 75%). Периодически вероятность менялась без ведома испытуемого (в примере выше — предположим, понижалась с 75 до 25%), что требовало от испытуемых принятия решений по поводу дальнейшей тактики.

Параллельно у участников эксперимента с помощью магнитоэнцефалографии регистрировалась и измерялась активность в различных отделах головного мозга. Для анализа полученных результатов использовался метод байесовского иерархического моделирования, который лучше всего помогает описать отдельное влияние личностной тревожности на процесс решения вероятностной задачи.

О чём речь?

Тревожность — это психологическое, физиологическое и поведенческое состояние, характеризующееся беспокойством по поводу неопределённых событий с потенциально неблагоприятными последствиями. Трудности во взаимодействии с неопределённостью — центральный диагностический признак клинической и субклинической тревожности.

В исследованиях с использованием компьютерного моделирования установлено, что тревога может негативно сказываться на процессах адаптации и принятия решений в нестабильной среде. Поэтому и люди с высокой личностной тревожностью хуже переносят подобные условия, причём как в реальной жизни, так и при решении экспериментальных задач — их эффективность обычно снижается.

Существует особый класс экспериментальных заданий — вероятностные задачи. В них испытуемый должен выбирать стимулы, несущие с некоторой вероятностью выигрыш или проигрыш. Иными словами, человек не знает, получит он выигрыш или нет, и таким образом для участника эксперимента создаётся ситуация неопределённости.

«Эти задачи отражают реальность — мы не знаем, как в будущем будут развиваться события, мы можем только предсказать их развитие с определённой степенью вероятности и ориентироваться на это предсказание. Этот процесс в нейронауке называется “обучением”, поскольку таким образом мы изучаем окружающую нас среду», — поясняет один из авторов исследования, аспирант департамента психологии, стажер-исследователь Института когнитивных нейронаук НИУ ВШЭ Марина Иванова.

Однако то, что происходит на нейронном уровне при работе испытуемого с вероятностной задачей и принятии решений на фоне тревоги — пока не вполне изучено. На основе уже имеющихся экспериментов, авторы исследования предположили, что в такого рода ситуациях у испытуемых с высокой личностной тревожностью должно наблюдаться изменение активности в ряде отделов головного мозга: вентромедиальной префронтальной коре, орбитофронтальной коре, медиальной дорсолатеральной префронтальной и передней поясной коре. Эти отделы головного мозга отвечают за процесс принятия решений, мотивацию, планирование, страх и тревогу.

Вентромедиальная префронтальная кора — связана с обработкой информации в ситуациях риска и при эмоции страха, а также с управлением эмоциональными реакциями человека, принятием решений и самоконтролем.

Орбитофронтальная кора — связана с принятием решений.

Медиальная дорсолатеральная префронтальная кора — связана с планированием сложного когнитивного поведения, высшими психическими функциями, проявлениями личности, принятием решений и регулированием социального поведения.

Передняя поясная кора — связана с выполнением когнитивных функций, таких как ожидание награды, принятие решений, эмпатия, управление эмоциями.

Нестабильность на Ближнем Востоке

Теракт боевиков ХАМАСа 7 октября вызвал тревогу во всём мире, включая Россию. Судя по всему, многие жители России уже забыли о конфликте между Палестиной и Израилем, а некоторые из них и вообще узнали о нём впервые, поскольку последняя большая война между Израилем и Палестиной закончилась еще в 2005 году, почти 19 лет назад (хотя это не значит, что после этого не велись боевые действия).

Новое обострение между Израилем и ХАМАСом на несколько недель сильно потеснило все остальные конфликты из новостей, в соцсетях также началось бурное обсуждение этих событий. По данным Google Trends, 7 октября жители России гуглили слова «ХАМАС», «Израиль» и «Палестина» больше, чем когда-либо за последние 20 лет.

Что получили?

Результаты исследования показали, что ключевые области мозга, связанные с тревожностью и процессами принятия решений, демонстрируют изменения в осцилляторной активности — в диапазонах бета- и гамма-ритмов). В частности, они реагировали на кодирование ошибок предсказания — несоответствия между ожиданиями испытуемого и реальностью.

При этом у лиц с высокой тревожностью при ошибках предсказания повышалась мощность гамма-ритма. В рамках экспериментальной задачи они часто преувеличивали значимость ошибок предсказаний, что приводило к ухудшению выполнения задачи. Кроме того, у группы с высокой тревожностью во время кодирования ошибок предсказания активность передней поясной коры подавляла альфа- и бета-ритмы (первый связывают со спокойствием, а второй с активной работой мозга, сфокусированным вниманием — прим. ред.).

Рост цен на яйца

К концу 2023 года в России резко выросли цены на куриные яйца. Согласно информации в СМИ, только за месяц яйца подорожали на 15%, а по сравнению с декабрем прошлого года — на 36,5%. Отечественные СМИ пестрят заголовками «Что происходит с ценами на яйца в России?», «Начался массовый яичный психоз». Во многих городах десяток яиц теперь стоит 100–170 рублей в зависимости от категории, за привычным продуктом теперь стоят очереди, в некоторых магазинах не дают больше десятка в руки, а в торговой сети «Верный» дошло до поштучной продажи яиц. Неожиданный рост цен на яйца также активно обсуждают в соцсетях, по этому поводу россияне делают мемы, а также активно гуглят корни проблемы через поисковые системы.

На проблему также обратили внимание силовики и правительство. Глава Генпрокуратуры Игорь Краснов поручил подчиненным провести проверку среди производителей, а в Федеральной антимонопольной службе предложили торговым сетям отказаться от наценки на яйца выше 5%. Кроме того, проблему обсуждали чиновники Минпромторга и Минсельхоза. Но пока никакого результата это не принесло и куриные яйца в цене не упали.

По данным Wordstat, в ноябре запрос «Почему подорожали яйца» набирали в «Яндекс» почти 32 тысячи раз. Особенно сильно интерес к этой проблеме вырос у жителей Сочи, Геленджика, Туапсе, Воркуты, Петрозаводска, Ржева и Калуги. В этих городах частота запросов выросла на 200–258%.

Как мы провели этот год

Это любимый предновогодний челлендж в соцсетях. Люди вспоминают, куда успели съездить, чего добились за прошедший год, как провели время и что им больше всего запомнилось. И уходящий 2023 год вряд ли многие оценят как очень удачный.

Жители России вошли в него фрустрированными, уже уставшими от войны. Люди были обеспокоены тем, что войне нет конца, под Бахмутом продолжается бессмысленная мясорубка, а российская армия несет большие человеческие потери.

«В СМИ и соцмедиа высказывается озабоченность относительно сроков завершения СВО. Отмечается, что продолжается фаза затяжных позиционных боев (ситуация вокруг Артёмовска). И для СМИ, и для соцмедиа одна из наиболее чувствительных тем — потери российских войск. В соцсетях высказываются различные версии и догадки о размере “реальных”» потерь», — говорится в отчете КРОС.

Но главное потрясение еще впереди. 2 марта российскую границу впервые перешли украинские диверсанты, которые в действительности оказались воюющими на стороне Украины российскими ультраправыми. Диверсантам удалось ненадолго проникнуть в села Брянской области и продемонстрировать полную неспособность властей оказать сопротивление.

Как пишут исследователи, тревожность россиян также усугубили атаки БПЛА и сообщения о предотвращении диверсий. Впервые за историю наблюдений угроза диверсии стала главной тревогой россиян.

Отдельно стоит обратить внимание на события, занявшие 3–10 места, и их суммарные показатели. Конфликт вокруг Украинской православной церкви, слухи о новой волне мобилизации, рост цен, впервые появившиеся угрозы «наступления нейросетей», ЧВК «Редан», взрывы бытового газа, ковид и прочее — всё это, вместе взятое, тревожило людей меньше, чем диверсии или ход военных действий.

Посмотрим на отчет за следующие 3 месяца. Весной и в начале лета граждан России всё также волновали диверсии: здесь триггерами стали атаки БПЛА на Москву и убийство пропагандиста Владлена Татарского. Эту тревогу дополнили переживания по поводу мятежа Пригожина, который в отчете «Крос» фигурирует под названием «Кризис 23–24 июня» и занимает вторую строчку. Как отмечают авторы, «пользователи в соцсетях выражали опасения, что ситуация может выйти из-под контроля властей и закончиться вооруженными столкновениями, вплоть до гражданской войны». Однако:

«Неожиданно быстрое мирное разрешение кризиса вызвало при этом недоумение в ряде СМИ и блогосфере, поэтому продолжали появляться конспирологические версии произошедших событий, способствовавшие дальнейшему нагнетанию тревожности».

Ну а остальные фобии в этом квартале: контрнаступление ВСУ, пожары и наводнения, сразу за ними — рост ядерной угрозы и суррогатный алкоголь. Последнюю тревогу сформировали отравления напитком «Мистер Сидр». При этом исследователи полагают, что тревогу, связанную с контрнаступлением украинской армии, в основном разгоняли СМИ: в рамках этой темы отдельным пугающим эпизодом стало разрушение Каховской ГЭС и угроза возникновения экологической катастрофы.

Самое интересное мы обнаруживаем в конце этой таблицы: на последней строчке расположилось «ущемление российского спорта на международной арене». По всем показателям видно, что это искусственно созданная тревога, ведь даже нашествие непарного шелкопряда волнует наше население больше, да и в соцсетях «ущемление спортсменов» почти не обсуждают.

Лето и начало учебного года стали для граждан относительно спокойным периодом — если такой вообще может быть в эти времена. Согласно отчету «Крос» в III квартале, абсолютный лидер здесь — атаки беспилотников, которые до этого входили в один большой кластер «диверсии». На второй строчке — падение курса рубля, а за ним с большим отрывом — рост цен на бензин. Закрывает топ невозможность легально посмотреть голливудские новинки.

Интересно, что впервые в этом топе появилась такая тревожность, как электросамокатчики. Людей вдруг стало тревожить то, что пользователи этого вида транспорта не соблюдают никаких правил и беспорядочно передвигаются по тротуарам. С другой стороны, обсуждение темы в тревожном контексте продолжалось из-за планов депутатов Госдумы ввести жесткое регулирование: обязательную сертификацию, госномера и штрафы за нарушения.

Вернулся страх мобилизации. В отчете говорится, что эту тревогу сформировали принятые Госдумы поправки. В частности, увеличение штрафов за неявку в военкомат по повестке, изменение верхней границы призывного возраста, внесение законопроекта о лишении гражданства за уклонение от мобилизации и подготовка к введению электронных повесток.
Но если смотреть на суммарный индекс, то всё это (от падения рубля до невозможности посмотреть «Барби») — мелочи и почти не волнует жителей России. Выражаясь языком сухих цифр, атака БПЛА тревожат россиян почти в три раза больше, чем падение рубля, и в 12 раз больше, чем сложности с поездками в Европу. Согласно отчету, в остальном, если не считать возможную мобилизацию и беспилотники, война почти ушла из жизни. Людей беспокоят скорее последствия войны, а не то, что происходит на полях сражений, как это было в начале года.

Индекс тревожности «Новой газеты Европа»

На момент публикации КРОС еще не опубликовал данные за четвертый квартал 2023 года, поскольку год еще не закончился. Однако «Новая газета Европа» посчитала, что некоторые волнующие россиян события мы можем нащупать и сами. Итак, мы собрали свой импровизированный индекс тревожности за последние месяцы года. Мы не претендуем на абсолютную объективность и сколько-нибудь научные результаты, поскольку не обладаем инструментами для точного анализа. Однако накануне Нового года считаем возможную неточность вполне простительной.

Как мы считали?

Чтобы составить этот рейтинг, мы на протяжении трех месяцев наблюдали за новостной повесткой и социальными сетями, выбирая самые тревожные инфоповоды. Мы измерили интерес к ним через сервисы Wordstat и Google Trends, которые позволяют узнать, что искали жители России через Google и «Яндекс». В силу ограниченности ресурсов и инструментов наш рейтинг состоит всего из пяти строчек.

Вечером 26 октября канал «Генерал СВР» опубликовал сообщение о том, что Владимир Путин умер. Несмотря на всю сомнительность этой информации и канала-источника, новость взорвала социальные сети. Google Trends и Wordstat зафиксировали рекордное количество поисковых запросов на эту тему. В октябре словосочетание «Путин умер» вбивали в «Яндекс» почти полмиллиона раз. Судя по всему, вероятность смерти главы Кремля беспокоит не только его противников, но и его сторонников.

Погромы в Дагестане

Эту тревожность сформировали события 29 октября 2023 года, когда в аэропорт Махачкалы ворвались сотни местных жителей, которые решили «встретить» борт, прибывающий из Израиля. Фото и видео из Дагестана облетели все соцсети и вызвали большой общественный резонанс.

Судя по всему, тревогу у граждан России вызвали беспомощность полиции, вспышка антисемитизма и жажда насилия, которую демонстрировали пришедшие в аэропорт люди. Событие довольно долго обсуждали в социальных сетях, а сам канал российские власти обвинили в организации массовых беспорядков и окрестили «бандеровским».

О событиях в Дагестане писали в основном телеграм-каналы и независимые медиа, в то время как государственные СМИ пытались отмолчаться, поэтому говорить о широком обсуждении этой тревожности в новостях не приходится. Несмотря на то, что событие во всех подробностях обсуждали в социальных сетях, сервисы для анализа поисковых запросов не фиксируют ничего в духе «погромы в Дагестане».

Однако, по данным Google Trends, уже на следующий день, 30 октября, люди начали гуглить «Что случилось в Дагестане». Wordstat ничего подобного не фиксирует. Исходя из вышесказанного, можно сделать вывод, что тема дагестанских погромов встревожила пользователей социальных сетей, но почти не дошла до «массового зрителя».

Россияне смотрят в будущее с оптимизмом, но без конкретики, выяснили социологи

Он также отмечает, что в уходящем году уровень тревожности россиян менялся по синусоиде. « Было несколько явных всплесков: весной — налеты БПЛА, летом — контрнаступление ВСУ и мятеж Пригожина, в августе — падение рубля. Это были серьезные вызовы, однако по резонансу они, конечно, не сопоставимы с тем, что мы видели в феврале—марте 2022-го. И, как сейчас видно, в целом озабоченность постепенно падала»,— резюмирует гендиректор ВЦИОМа.

Ожидание демобилизации

Сотни тысяч российских женщин ждут возвращения своих родственников с войны, куда их отправили в рамках мобилизации осенью 2022 года. Многие из этих людей погибли или были ранены, а те, что уцелели, остаются в зоне боевых действий уже более года. Это формирует у людей тревогу и страх, что их родственник может уже не вернуться.

7 ноября прошла первая акция протеста, когда в Москве жены мобилизованных пришли на митинг КПРФ с плакатами «Верните мобилизованных домой». После этого они попытались согласовать митинги по всей стране и стали еще радикальнее, когда получили отказ. Они запустили флешмобы с дерзкими наклейками на машинах, начали открыто критиковать власть. Их телеграм-канал всего за месяц вырос на 24 тысячи подписчиков. Антрополог Александра Архипова обратила внимание на рост числа запросов в «Яндексе» на сочетание ключевых слов «мобилизованные» и «домой»: около миллиона запросов за месяц.

Анализ результатов

Первой задачей данной работы было исследовать степень выраженности разных страхов у старшеклассников. Суммарные значения по группам юношей и девушек по методике «Виды страха» представлены в таблице 1.

Как видно из таблицы 1, наиболее выраженным у подростков оказался страх смерти близких людей (78 баллов у юношей и 90 баллов у девушек). Удивительным является тот факт, что возможность собственной смерти страшит их значительно меньше (32 балла у юношей и 59 у девушек). Очевидно, это можно объяснить тем, что подростки считают это маловероятным для себя событием, а также действием защитных механизмов.

Следующим по выраженности у юношей идёт группа учебных страхов: страх получить плохую оценку (62 балла), страх перед вызовом отвечать у доски (59 баллов), страх вызова родителей в школу (59 баллов).

У девушек в первую пятерку входят страх медицинских процедур (78 баллов), страх болезни (68 баллов), страх животных (68 баллов), страх отвечать у доски (69 баллов) и страх получить плохую оценку (67 баллов). Поскольку величина страха определяется величиной негативных последствий устрашающего события для личности и его вероятностью, то можно предположить, что эти страхи являются у подростков хроническими и ярко выраженными. Особенно удручает тот факт, что такое повседневное действие, как ответ у доски, сопряжено с таким сильным страхом у школьников обоего пола, что он опережает даже страх физического насилия. В то же время это говорит об очень большой степени инфантильности старшеклассников, которым школьные проблемы кажутся страшнее реальных угроз вне школы.

Судя по данным, школьников не очень пугает возможность быть ограбленным на улице, подвергнуться физическому насилию, оказаться заложником в руках бандитов. Для юношей страх сексуального насилия в нашем исследовании оказался наименее характерен (всего 9 баллов), но для девушек он очень актуален (62 балла). Это еще раз свидетельствует о вероятностной природе переживаемых страхов.

Для обобщенного анализа страхов все они были сведены в группы в зависимости от источника по следующему ключу:

Поскольку группы страхов включали разное количество пунктов, для их сопоставления были высчитаны средние значения по группам (см. таблицу 2).

Наибольшую выраженность у старшеклассников имеют фобии, особенно у девушек. Второе место делят учебные и социальные страхи, на третьем месте находятся криминальные и замыкают ряд мистические страхи.

Данные свидетельствуют о том, что девушки более предрасположены к переживанию всех видов страха. Эти различия являются результатом различий в воспитании девочек и мальчиков. Традиционно юношей с детства приучают к тому, что они не должны бояться всевозможных объектов и явлений или, по крайней мере, не признаваться в собственных страхах. В то же время девушкам позволительно проявлять слабость и искать защиты у представителей мужского пола.

Для выявления возрастной динамики страхов испытуемые опрашивались о страхах, которые они переживали в прошлом, наиболее выражены в настоящее время, и чего они опасаются в будущем. Обработка методики «СОС» осуществлялась с помощью контент-анализа по тем же шкалам, что и в предыдущей методике (см. таблицу 3).

Данные, представленные в таблице 3, показывают, что детство оказывается представленным в основном фобиями, которые с возрастом убывают. Школьники считают, что в будущем они вообще будут свободными от фобий (страха темноты, высоты, болезни и т.п.). Напротив, социальные страхи, связанные с отношениями с окружающими людьми, нарастают, причем подростки считают, что в будущем эти страхи выйдут на первый план. Учебные страхи находятся на пике в настоящее время, что вполне объяснимо. Подростки явно недооценивают криминальную обстановку в стране, не выражая никаких волнений по поводу возможности стать жертвой криминального поведения других людей. Гораздо более часто (особенно девушки) они отмечают наличие у себя мистических страхов, связанных с потусторонними силами.

Следующей задачей нашего исследования было изучение влияния тревожности и нейротизма на степень выраженности страхов у старшеклассников. Для этого была проведена диагностика тревожности школьников с помощью методики «Шкала личностной тревожности для учащихся» А. М. Прихожан и нейротизма с применением опросника Г. Айзенка. Затем был проведен корреляционный анализ показателей тревожности, нейротизма и степени выраженности страхов на всей выборке в целом. Результаты анализа представлены на рис. 1.

Данные свидетельствуют о наличии большого числа связей между всеми видами страхов и шкалами личностной тревожности, что доказывает данные других авторов о том, что тревожность как личностное свойство предрасполагает человека испытывать беспокойство по поводу возможных физических и социальных угрожающих событий. Наиболее высокие значения корреляций наблюдаются между социальными страхами и межличностной и самооценочной тревожностью, между мистическими страхами и магической тревожностью. Это свидетельствует о том, что существует определенная тематическая доминанта страхов и тревожности. Если человека более волнуют его межличностные отношения, то более вероятно у него возникновение страхов, связанных с этими отношениями (например, страх критики со стороны близких людей). Хотя наряду с этим действует и генерализованное влияние тревожности на склонность к переживанию страхов по разным поводам. При прочих равных условиях в одной и той же ситуации тревожный человек будет испытывать большее беспокойство, чем человек с низким уровнем тревожности. Но было бы неправильно думать, что тревожность вредна, ведь беспокойство заставляет человека заранее принимать меры по предотвращению угрозы, что может спасти ему жизнь.

Следующей задачей нашей работы было изучение влияния разных форм агрессивности на склонность к переживанию страха.

Для определения уровня агрессивности нами была использована методика «Диагностика состояния агрессии у подростков» Басса — Дарки. В результате нами были получены данные по восьми формам проявления агрессивности: физическая агрессия, косвенная агрессия, раздражение, негативизм, обида, подозрительность, вербальная агрессия, чувство вины. Корреляционный анализ показателей агрессивности и видов страха позволил установить значимые связи между ними, которые представлены на рис. 2.

Больше всего взаимосвязей дала такая форма агрессивности, как вина.

Наибольшая величина корреляции наблюдается между чувством вины и мистическими страхами. Эта взаимосвязь, на наш взгляд, закономерна. Ощущаемые при переживании чувства вины угрызения совести, наталкивают человека на мысли о наказании за содеянное. Это наказание человек в первую очередь ожидает от потусторонних сил, от которых ничего не утаишь. Поэтому страх перед Богом, который знает каждый наш шаг на земле, больше всего испытывают люди, склонные к самообвинению.

Положительно коррелирует чувство вины с социальными страхами. При переживании чувства вины у человека возникает убеждение, что он плохой и недостойный, он ощущает угрызения совести, что может приводить к нарастанию социальных страхов. Наличие положительной связи между чувством вины и криминальными страхами можно объяснить действием проекции. Человек, рисующий в своем воображении возможные собственные агрессивные действия или совершавший таковые в реальности, имеет больше оснований опасаться, что и другие люди вынашивают агрессивные планы относительно него. Он вообще может считать, что все люди злы и агрессивны.

Положительно коррелируют между собой раздражение и социальные страхи. В данном случае трудно определить причинно-следственные отношения между ними, т.е. раздражение вызывает социальные страхи или, наоборот, наличие социальных страхов провоцирует раздражение. Скорее всего, здесь имеет место взаимное усиление этих феноменов. Например, человек, опасающийся выглядеть смешным, будет более раздраженно реагировать на шутки в его адрес, что, скорее всего, приведет к большей конфликтности его отношений с окружающими и укрепит его социальные страхи.

Положительную корреляцию даёт взаимосвязь подозрительности и мистических страхов. Подозрительность как проявление агрессивности связана с недоверием и осторожностью по отношению к людям. Подозрительные люди могут ожидать, что их знакомые хотят причинить им вред, в том числе и с помощью мистических приемов (колдовства, сглаза и пр.). Подозрительность и мистические страхи объединяет то, что в обоих случаях включается воображение.

Единственная отрицательная взаимосвязь выявлена между физической агрессией и фобиями, что легко объяснимо. Как уже отмечалось выше, люди, имеющие фобии, более склонны к проявлениям робости и ведомости, что несовместимо с применением грубой физической агрессии.

Подводя итоги результатов проведенного исследования, можно сделать ряд выводов.

Литература

• Айзенк Г. Структура личности. – СПб, 1999.
• Захаров А. И. Как помочь нашим детям избавитmся от страха. – СПб, 1995.
• Захаров А. И. Неврозы у детей и психотерапия. – СПб, 2000.
• Изард К. Эмоции человека. – М.,1980.
• Ильин Е. П. Дифференциальная психофизиология мужчины и женщины. – СПб, 2002.
• Кемпински А. Психопатология неврозов. – Варшава, 1975.
• Леонгард К. Акцентуированные личности. – Киев, 1989.
• Мерлин В. С. Проблемы экспериментальной психологии личности. – Пермь, 1970.
• Мей Р. Проблема тревоги. – М., 2001.
• Прихожан А. М Тревожность у детей и подростков: психологическая природа и возрастная динамика. – М., 2000.
• Рогов Е. И. Настольная книга практического психолога. – М.,1999.
• Спилбергер Ч. Концептуальные и методологические проблемы исследования тревожности. // Тревога и тревожность. – СПб, 2001.
• Фрейд З. Психоанализ детских неврозов. – М., 1997.