вечная тревога и ее причины и методы работы над ней

ВЕЧНАЯ ТРЕВОГА И ЕЕ ПРИЧИНЫ И МЕТОДЫ РАБОТЫ НАД НЕЙ Тревога

Читать в полной версии

Выступления на публике как изощренный вид пытки, буксующая карьера, чувство тревоги за настоящее и робость перед новым — все это следствия неуверенности в себе. Рассказываем о причинах и способах ее преодолеть

Плаксивость — это склонность к частому и неконтролируемому плачу, обычно без видимой причины.

Неожиданные приступы плача, возникающие случайным образом, могут сопровождаться ощущением грусти, тревоги, подавленности, апатией, неспособностью сосредоточиться, раздражительностью, резкими перепадами настроения, нарушениями сна, головной болью и головокружением, повышенной утомляемостью, мышечной ригидностью, нарушением работы ЖКТ. Плаксивость может иметь разную степень выраженности: от тихого плача, практически незаметного окружающим, до громких рыданий, которые могут начинаться и заканчиваться внезапно.

Для синдрома хронической усталости характерно прогрессирование симптомов, постепенное ухудшение состояния. Каких-либо объективных, лабораторных данных, подтверждающих наличие СХУ, на данный момент не имеется. Но в процессе диагностики необходимо исключить наличие хронических очагов воспаления и соматических заболеваний со схожими симптомами.

Поэтому в Клиническом госпитале на Яузе в процессе диагностики пациентов с подозрением на СХУ консультируют терапевт, иммунолог, эндокринолог, ревматолог, невролог и врачи иных специальностей.

Причины плаксивости

Плаксивость может быть вызвана как физиологическими причинами, так и психологическими. К физиологическим причинам относятся гормональные изменения (например, у женщин во время менструации, беременности, климакса); физическое перенапряжение из-за тяжелой работы или спортивных нагрузок. К психологическим — нервное истощение на фоне стресса, постоянной усталости из-за гиперответственности на работе или постоянной необходимости ухаживать за ребенком, болеющим или пожилым родственником, эмоциональное или профессиональное выгорание, горе или потеря, одиночество. Плаксивость часто сопровождает течение психических расстройств: депрессии (в том числе послеродовой), генерализованного тревожного расстройства, биполярного расстройства, посттравматического стрессового расстройства (ПТСР). В детском возрасте плаксивость проявляется при т. н. детских страхах.

У людей с тяжелыми хроническими заболеваниями, хроническим болевым синдромом, инвалидностью, сопровождающимися серьезным снижением качества жизни и физическими страданиями, проявление плаксивости нередко сопряжено с депрессией. Плаксивость также характерна для людей с неврологическими (болезнь Альцгеймера, болезнь Паркинсона, рассеянный склероз, боковой амиотрофический склероз, псевдобульбарный синдром) и эндокринологическими заболеваниями (из-за недостатка или переизбытка определенных гормонов).

Что такое неуверенность в себе

Неуверенность в себе — это субъективное чувство сомнения в своих способностях и потенциале успеха в разных сферах жизни. По большому счету, неуверенность в себе — это страх быть собой, который растет из сомнений в своей компетентности.

Неуверенность в себе идет рука об руку с низкой самооценкой, но между ними есть разница. Неуверенность проявляется точечно и относится к тому, насколько человек убежден в своих квалификациях в различных сферах жизни: работе, личных отношениях и так далее. Самооценка же — комплексное понятие, глобальное мнение о себе как о личности. Неуверенность в частном, если человек испытывает ее регулярно, наносит удар за ударом по самооценке, и в итоге может сильно ее пошатнуть.

Еще неуверенность в себе часто путают с интроверсией. Интроверт — это тип личности, предложенный швейцарским психиатром Карлом Юнгом для характеристики людей, которые направляют жизненную энергию внутрь себя. Они предпочитают мыслить обособленно от внешнего мира, с погружением во внутренний. Но интроверсия — это не обязательно маркер и, тем более, не синоним неуверенности. Немецкий психиатр Карл Леонгард видел в этом индивидуализме силу. По его интерпретации, интроверт обладает своими четкими ценностями, не боится противопоставлять себя среде, в отличие от экстраверта, которого Леонгард называет конформистом, восприимчивым к влиянию извне.

Другое явление, с которым иногда путают неуверенность в себе, — социофобия. Социальная фобия входит в Международную классификацию болезней и представляет собой тревожное расстройство. Подверженные ей люди боятся внимания со стороны других людей, публичных пространств и больших компаний — иногда до приступов паники, и потому избегают социальных ситуаций. Социофобия — это медицинский диагноз, который поддается лечению.

Людям, испытывающим неуверенность в себе, свойственно думать, что им достался редкий несчастливый билет в это состояние. Это не так: данное чувство в разных жизненных ситуациях испытывают все. Вполне естественно сомневаться в себе при новых начинаниях или в условиях высококонкурентной среды. Но иногда неуверенность становится хронической и снижает качество жизни. По словам Юлии Анпилоговой, психолога и психотерапевта, члена Общероссийской профессиональной психотерапевтической лиги, неуверенность в себе, как основная или сопутствующая проблема, присутствует практически во всех обращениях к психологу: «Люди, которые способны к рефлексии или саморефлексии — это люди определенного порядка организации психики, которые в принципе сомневаются. Усомниться в себе для такого человека — это одна из ступеней, одна из форм сомнения».

Вам кажется, что все знакомые — успешные люди, и только вы ничего не успеваете, погрязнув в рутине? Поздравляем, у вас признаки синдрома FOMO

Все чаще в профессиональной среде слышится термин FOMO — feeling of missing out, чувство, что ты что-то упускаешь. Что-то «важное» проходит мимо, пока ты занят своими делами. Оно вызывает тревогу и беспокойство. И заставляет человека распыляться, хвататься за все подряд и в отчаянии запрыгивать в последние вагоны поездов, уходящих в противоположных направлениях. Если хотя бы одна из перечисленных ниже ситуаций болезненно отзывается у вас, то могу предположить, что вы тоже стали жертвой синдрома FOMO. Были ли у вас подобные мысли?

«Бывшие однокурсницы делают блестящую карьеру, а я «застряла» во втором декрете подряд. Сколько интересных проектов я пропускаю! Когда я, наконец, выйду на работу, рынок будет уже не тот и быстро вырасти не получится».«Коллеги получают второе высшее и даже МВА, а я совсем погрязла в рабочей рутине и упускаю свой шанс на развитие и карьеру».«Друзья разместили пост, что отправляются в индию на ретрит. 10 дней випассаны, а потом путешествие к аюрведическим центрам. Как семейные люди могут выкроить столько времени лично на себя?»

«Когда она успела родить третьего ребенка? Ей же только 30! А я даже замужем еще не была».«Как ей удается быть HR-директором крупной компании и при этом так много публиковаться, выступать и вести популярный блог в соцсетях? Я на такой же должности целыми днями в офисе, и у меня нет ни минуты свободного времени».

И я столкнулась с эффектом FOMO, когда моему среднему сыну было три месяца. Мне позвонил новый заказчик-работодатель, и я договорилась поехать к нему с одним из своих коллег-партнеров. Мне очень не хотелось этого делать. Малыш был такой уязвимый, маленький и трогательный. А дома был целый мир: уютный и защищенный, словно кокон, из которого не хочется выбираться во внешний мир. Зачем я согласилась на эту встречу? Всему виной дурацкое чувство, что что-то пройдет мимо меня, что сидя дома, я упускаю карьерные и финансовые возможности. Утром в день встречи у малыша поднялась температура. Я металась как тигр в клетке: я же подвожу коллегу, с которым договорилась ехать, и свою компанию, выгляжу безответственно перед новым клиентом! В итоге на встречу я не поехала, осталась дома с ребенком, но очень сильно переживала, что подвела и пропустила важное бизнес-мероприятие. Сейчас по прошествии времени я даже не помню, в какую компанию должна была ехать, но отлично помню, как переживала за больного ребенка. Какой глупостью с моей стороны было думать, что я что-то упускаю там, вовне, когда самое важное было со мной, «внутри» моего мира. Похожее происходит и с пользователями соцсетей. Многие там словно проживают параллельную жизнь. Людьми движет тот же страх что-то пропустить. Им кажется, что настоящая жизнь там, в виртуальной реальности. Идея устроить себе отдых от соцсетей у многих из нас вызывает чувство тревоги и беспокойства. А если что-то важное? А если все будут в курсе, а я нет? И даже на несколько дней «выпасть» из этого агрессивного потока информации и «сойти с радаров» своих подписок далеко не у всех получается. При этом те же соцсети и усиливают сожаление об упущенных возможностях. Когда обычная женщина видит, что другие успевают строить карьеру, рожать детей, ездить на ретриты, выпускать книги, учиться на всевозможных курсах, запускать свои онлайн проекты, — ей кажется, что она пропустила все на свете и теперь находится на обочине чужого успеха.

Forbes Woman публикует отрывок из книги Скотта Стоссела «Век тревожности. Страхи, надежды, неврозы и поиски душевного покоя» издательства «Альпина нон-фикшн»

Хронический стресс, а значит, и связанные с ним диагнозы, давно стали в наше время чем-то обыденным. Тем не менее, еще 35 лет назад эта категория диагнозов вообще не существовала.

В чем же причина тревожности — в генетике, устройстве мозга, влиянии культуры или травмирующих событиях? Рождаются люди с этим расстройством или перенимают его от окружающих? Что вообще считать тревожностью? Ответы на эти вопросы ищет в своей книге главный редактор The Atlantic Скотт Стоссел. В его семье расстройства, связанные с тревожностью, возникали поколение за поколением. Изучая историю феномена и то, как человечество училось с ним бороться, журналист пытается найти способ справиться с проблемой, которая мучила его и его родных.

Читатели Forbes Woman могут воспользоваться 10%-ной скидкой на любые книги «Издательской группы «Альпина» по промо-коду forbes до 31 августа 2017 года.

16 февраля 1948 г. в 15 часов 45 минут мой прадед Честер Хэнфорд, незадолго до того после 20-летней службы снявший с себя полномочия гарвардского декана, чтобы освободить время для научно-педагогической деятельности (он преподавал управление, «конкретно — местное и муниципальное управление», любил он уточнять), был помещен в больницу Маклина с предварительным диагнозом «психоневроз» и «психогенная депрессия». Пятидесятишестилетний Честер жаловался на бессонницу, «тревогу и напряженность» и «страх перед будущим». Охарактеризованный главврачом как «человек ответственный и обычно очень исполнительный», Честер уже пять месяцев пребывал в состоянии «высокой степени тревожности». Накануне госпитализации он сообщил жене, что хочет свести счеты с жизнью.

Тридцать один год спустя, 3 октября 1979 г., в половине девятого утра мои родители, обеспокоенные появлением у меня, тогда 10-летнего пятиклассника, все новых и новых нервных тиков и поведенческих странностей (вдобавок к уже имеющейся навязчивой боязни микробов, острой сепарационной тревожности и страху тошноты), привезли меня в ту же психиатрическую клинику на обследование. Консилиум (психиатр, психолог, социальный работник и несколько интернов, наблюдавших через зеркальное стекло, как меня опрашивают и проводят тест Роршаха) диагностировал у меня «фобический невроз» и «сверхтревожное расстройство детского возраста», а также заключил, что при отсутствии надлежащего лечения имеется значительный риск развития «тревожного невроза» и «невротической депрессии» по мере взросления.

Через 25 лет после этого обследования, 13 апреля 2004 г., в два часа дня я, уже 34-летний старший редактор журнала The Atlantic, изнывая от ужаса перед выходом первой своей книги, сам обратился в знаменитый Центр изучения тревожности и сопутствующих расстройств при Бостонском университете. После многочасовой беседы с психологом и двумя аспирантами и выполнения многостраничных тестов (в том числе, как я узнал позже, «Шкалы депрессии, тревожности, стресса», «Шкалы тревожности межличностного взаимодействия», Пенсильванского опросника на уровень беспокойства и «Индекса тревожной чувствительности») мне выдали основной диагноз «паническое расстройство в сочетании с агорафобией» и дополнительные диагнозы «специфическая фобия» и «социофобия». Кроме того, медики отметили, что результаты моих тестов показали «средний уровень депрессии», «высокий уровень тревожности» и «высокий уровень беспокойства».

Почему такой разброс в диагнозах? Неужели настолько изменился с 1979 по 2004 г. сам характер моей тревожности? Почему у меня и прадеда оказались разные диагнозы (ведь, судя по медицинской карте Честера Хэнфорда, общая картина жалоб поразительно совпадает с моей)? И вправду ли так существенна разница между моим «высоким уровнем тревожности» и мучившей прадеда «тревогой и напряженностью» в совокупности со «страхом перед будущим»? В конце концов, кто (кроме разве что самых благополучных или, наоборот, закоренелых социопатов) не испытывает «страх перед будущим» или «тревогу и напряженность»? Что отличает (если отличает) таких, как мы с прадедом, обладателей официальных диагнозов от тревожащихся «в пределах нормы»? Разве не все мы, обреченные современным капиталистическим обществом на вечную гонку — да и просто потому, что мы живые, потому, что живем под дамокловым мечом природных капризов и катаклизмов, чужой ярости, неизбежной смерти, — в какой-то степени «психоневротики»?

Формально — нет. Никого из нас так уже не назовешь. Диагноз, поставленный Честеру Хэнфорду в 1948 г., к 1980 г. перестал существовать. Равно как и диагноз, полученный мной в 1979 г.

В 1948 г. Американская психиатрическая ассоциация обозначала термином «психоневроз» явление, которое после выхода в 1968 г. второго издания психиатрической библии DSM-II («Руководство по диагностике и статистическому учету психических расстройств») официально диагностировалось как просто «невроз», а после выхода третьего издания (DSM-III) в 1980 г. превратилось в «тревожное расстройство».

Эволюция терминологии важна, поскольку вместе с названиями за эти годы изменились и определения, а значит, и симптомы, частота возникновения, предполагаемые причины, культурный контекст и рекомендуемое лечение такого диагноза. Разновидность неприятной эмоции, которую 2500 лет назад связывали с разливом melaina chole («черной желчи» на древнегреческом), на протяжении этих тысячелетий именовали (иногда одновременно) меланхолией, тоской, ипохондрией, истерией, хандрой, сплином, неврастенией, неврозом, психоневрозом, депрессией, фобией, тревогой и тревожным расстройством, не говоря уже о таких обиходных терминах, как паника, беспокойство, боязнь, испуг, дурное предчувствие, нервы, нервозность, мандраж, настороженность, трепет, мурашки, нервная дрожь, одержимость, стресс и старый добрый страх. И это только в английском языке, где слово «тревога» (anxiety) почти не встречалось в стандартных учебниках по психологии и медицине до 1930-х гг., когда им стали переводить немецкий «страх» (Angst), описанный в трудах Зигмунда Фрейда.

Отсюда вопрос: что именно мы подразумеваем под тревогой?

Затем идут те, кто считает бесполезным рассматривать тревогу как научное понятие: по их мнению, сам термин — лишь расплывчатая метафора, пытающаяся охватить целый спектр человеческих переживаний, не поддающихся описанию одним-единственным словом. В 1949 г. президент Американской психиатрической ассоциации открыл первую в истории научную конференцию, посвященную тревожности, признанием: всем известно, что тревожность — «самое распространенное психологическое явление нашего времени», однако мы никак не можем договориться, что под ней понимать и как ее измерить. Пятнадцать лет спустя на ежегодной конференции Американской психиатрической ассоциации выдающийся психолог Теодор Сарбин предложил изъять слово «тревога» из медицинской терминологии. « Субъективный и часто употребляемый термин «тревога» изжил себя», — заявил он. ( Разумеется, после этого термин стал использоваться еще чаще.) Наш современник, гарвардский психолог Джером Каган, ведущий мировой специалист по тревожности как свойству темперамента, доказывает, что, описывая одним и тем же словом «тревога» «ощущения (учащенное сердцебиение или напряжение в мышцах перед общением с незнакомой компанией), семантическое описание (рассказ о беспокойстве, возникающем при встречах с незнакомцами), поведенческие проявления (напряженную мимику в ситуации общения), состояния мозга (активацию миндалевидного тела при виде чужого сердитого лица) и хроническое беспокойство (общее тревожное расстройство), специалисты препятствуют прогрессу медицины».

О каком научном или терапевтическом прогрессе может идти речь, если мы не сумели договориться о терминологии?

Даже Зигмунд Фрейд, основоположник современного представления о неврозе, человек, для которого тревога была одним из ключевых фундаментальных понятий теории психопатологии (если не единственным), неоднократно противоречил самому себе в процессе разработки этой теории. Поначалу он говорил, что тревогу вызывает сублимация сексуальных порывов (подавленное либидо, писал он, превращается в тревогу, «как вино в уксус»). Позже он доказывал, что тревога произрастает из бессознательных психических конфликтов. На закате жизни Фрейд писал в «Проблеме тревоги»: «Нам должно быть стыдно, что после стольких усилий мы так и не пришли к пониманию азов».

Если уж сам Фрейд, крестный отец тревожности, не мог дать точное определение этому понятию, мне-то как быть?

Инстинкты заложены в человеке самой природой, они необходимы нам для выживания. Так, например, чувство тревоги, состояние стресса при наличии реальной опасности могут даже спасти жизнь. Но что делать, если тревога иррациональна? Что если поход в магазин для тревожного человека становится настоящим испытанием? Можно ли обуздать тревожное состояние?

Что такое тревога, тревожное состояние?

Существует множество определений такого явления как тревога. Психологи разделяют тревогу как реакцию на стресс, как чувство необоснованного беспокойства и как спектр негативных эмоций по ожиданию неблагоприятных последствий.

Можно заметить, что чувство тревоги очень многогранно. Тревожное состояние неизбежно влияет на организм, в частности на желудочно-кишечный тракт, на сердечно-сосудистую и нервную системы человека. Не почувствовать тревогу практически невозможно.

Так, тревога провоцирует работу определенных центров головного мозга, задача которых своевременно предупредить тело о наличии угрозы. Затем организм вырабатывает небезызвестные гормоны, такие как кортизол и адреналин.

Интересной особенностью нашего организма является то, что для возбуждения определенных отделов головного мозга, отвечающих за эмоции, опасности или источнику тревоги необязательно быть реальными, рациональными, материальными. Повышенное чувство тревоги зачастую произрастает из надуманных, преувеличенных факторов самим человеком, его волей.

Тревога как патология, увы, является результатом дегенеративных изменений и неправильной работы гиппокампа и префронтальной коры головного мозга, что в будущем может привести к серьезным последствиям.

Причины возникновения повышенной тревоги

Таким образом, все же, основными источниками тревожных расстройств традиционно являются условия жизни, окружение и воспитание, заложенное родителями.

Когда тревога бывает полезна?

Согласно социологическому исследованию HR-ов крупных IT-компаний такое качество как стрессоустойчивость указывают 80% соискателей в своих резюме. Стрессоустойчивость воспринимается как способность противостоять тревоге и стрессу, то есть хладнокровно и прагматично реагировать на ситуации, которые могут выйти за пределы намеченного плана.

Например, в работе аналитика базовым требованием является способность предугадать «стресс», «болевые точки», чтобы вовремя заметить и предотвратить возможные последствия, невыгодные вложения.

Важно понимать, что кризис – это ситуация, при которой тревожные люди могут проявиться лучше всего: активная работа мозга позволяет им действовать. Наличие угрозы может наоборот приободрить их.

Исследования других ученых показали, что люди с повышенным чувством тревоги являются более здоровыми. Это объясняется тем, что, будучи озабоченными собственным благополучием и здоровьем, тревожный человек никогда не будет пренебрегать визитом к врачу, чтобы не допустить возникновение какой-то болезни.

Удивительно, что в некоторых случаях тревога даже полезна для нас. Главное, не подавлять её, не бороться с ней, а принять её и грамотно работать над тем, чтобы фоновая тревога стала для нас помощником.

Связь тревоги и тела

К сожалению, польза тревожного расстройства менее распространена, чем его вред. Тревожное состояние – это прежде всего негативная нагрузка на ум и на тело. Постоянный выброс гормонов стресса, плохое настроение, отсутствие отдыха влияют на тело не самым лучшим образом.

Повышенное чувство тревоги занимает первое место как причина возникновения психосоматических заболеваний, и это неслучайно, ведь организм работает нон-стоп, чтобы обеспечить преодоление ожидаемых угроз. К основным симптомам тревожных расстройств относят повышение артериального давления, субфебрильную температуру тела, проблемы со стороны пищеварительной системы, дискомфорт в области сердца, боли в мышцах.

Очень часто у людей с тревожным расстройством диагностируется обсессивно-компульсивное расстройство, депрессивные состояния. Это связано с тем, что физически организм, тело перегружены, и дополнительная нагрузка начинает перераспределяться в том числе на психику.

Не исключено также наличие проблем со сном и пищевым поведением. Ощущаемые эмоции настолько захватывают, а попытки контролировать их уже оказываются безуспешными, что отдых и восстановление в качестве еды и сна перестают работать.

Факторы, усугубляющие тревожные состояния

Самое лучшее, что вы можете сделать для себя, если вдруг заметили признаки тревожного расстройства – это обратиться за помощью к специалисту. Тревога очень опасное чувство, отсутствие работы с ней может привести к различным заболеваниям, ведь тревога в уме транслируется и трансформируется в тревогу в теле.

Терапия позволит точно измерить уровень тревожности, найти ее источник, а также выявить индивидуальные эффективные инструменты, направленные на работу по снижению чувства тревоги.

Первое время в качестве самопомощи (но не в качестве основной терапии) рассмотрите такие способы как:

Работа с тревогой – это всегда комплексный подход, внимание и забота о себе, как о едином целом. В первую очередь помощь телу, обращение к врачу и лечение симптомов, обострившихся или появившихся впервые на фоне высокой тревоги. Это работа с психологом или психотерапевтом для восстановления стабильности психоэмоционального фона. И это процесс самообразования и самообучения для овладения навыком управления эмоциональным интеллектом, являющимся ключевым звеном в повышении качества жизни и снижении уровня тревоги.

Работа над собой

Синдром FOMO опасен тем, что заставляет сомневаться в себе и уводит фокус внимания с по-настоящему важных для человека вещей. Так как же ему противостоять?Есть две тактики, которые можно использовать, чтобы не дать этому чувству дестабилизировать свою жизнь.

1) Задайте себе вопрос: допустим, я реализовала это (поехала на ретрит, написала книгу, пошла на МВА, стала учить китайский), но никто, кроме меня об этом не знает и не сможет оценить. Испытываю ли я, тем не менее, от этого счастье и удовлетворение? Если ваш ответ «да», то цель похожа на истинную. Прогоните все дразнящие вас идеи и проекты через этот вопрос. Уверена, многие из них окажутся ненужными.2) Существует «теория волн», согласно которой разные сферы жизни в различные периоды времени то приподнимаются, то проседают. Вот волна подняла на гребень вашу карьеру, и та развивается стремительно и успешно без каких-то явных с вашей стороны усилий. Сфера хобби, личного времени и отдыха в этот момент оказалась внизу. И это не проблема, потому что в следующий период времени придет другая волна, и у вас появятся возможности для отдыха и путешествий, а карьера чуть сбавит обороты. Надо довериться этому естественному ходу событий, не ломать его и себя, стараясь успеть все и сразу. Прислушайтесь и присмотритесь к тому, что происходит в вашей жизни, постарайтесь уловить текущий тренд, сфокусироваться на нем и «оседлать волну». Так легче достигать успеха, чем бороться с течением. Многие вещи становятся очевидны лишь спустя какое-то время или с высоты прожитых лет и обретенного опыта. Но жизнь так быстро проходит, такая она стремительная, что важно уметь отделять зерна от плевел в моменте (а не спустя годы), сосредотачиваться на главном и не испытывать сожалений, если какие-то из возможностей пролетают мимо.

Когда при плаксивости необходимо обратиться к врачу?

Плач, вызванный сильными (отрицательными или положительными) переживаниями — нормальная психофизиологическая реакция человека. Если плач возникает внезапно и без видимой причины, — это повод обратиться к врачу. Можно начать со специалиста общей практики, при необходимости он направит на консультацию к неврологу, эндокринологу, которые назначат диагностические лабораторные и инструментальные исследования. Также на приеме врач может попросить вас заполнить специальный опросник, помогающий выявить или исключить признаки депрессии и, исходя из результатов опросника, направить на прием к психологу или психотерапевту.

Лечение

Общие принципы лечения СХУ направлены на оздоровление образа жизни пациента, улучшение работы иммунной системы, стабилизацию его психоэмоционального состояния. Значительную часть из них может воплотить в жизнь только сам пациент. Задача врача состоит в убеждении в необходимости соблюдения этих мер для улучшения состояния.

Комплексные диагностика и лечение синдрома хронической усталости Клиническом госпитале на Яузе улучшат состояние пациента и вернут ему хорошее самочувствие.

Стоимость услуг

Цены на услуги Вы можете посмотреть в прайсе или уточнить по телефону, указанному на сайте.

Когда лучше обратиться за помощью к специалисту

По словам Хворовой, за профессиональной помощью обязательно стоит обратиться, когда неуверенность в себе начинает влиять на жизнь человека и блокирует его личностное и профессиональное развитие. Юлия Анпилогова к поводам также причисляет утрату здоровой критики — когда представление о себе человека тотально расходится с мнением окружения: «В этом случае стоит допустить, что возможно, правы не вы, а все вокруг. Не вы один видите кучу машин, едущих по встречке, а по встречке едете вы».

Проделанная над собой самостоятельная или со специалистом работа не гарантирует, что человек больше никогда не испытает неуверенность. Но справляться с этим состоянием и выходить из него будет проще и быстрее.

Признаки неуверенности в себе

Неуверенные в себе люди не просят повышения зарплаты, не высказывают свои идеи, даже новаторские и прорывные, из-за боязни быть непонятыми или отвергнутыми. Они не идут на финансовые риски, связанные с инвестициями, лишая себя возможности большего заработка. А также боятся менять нелюбимую работу и проходить собеседования. Все это еще сильнее подпитывает неуверенность.

В карьерном плане неуверенность в себе в некоторых случаях переходит в синдром самозванца, когда человек, все же сделав шаг вперед и добившись успеха, натыкается на новый страх. Здесь он уже не думает, что не сможет прийти к какой-то цели. Теперь, достигнув ее, он начинает считать свой успех случайностью и не признает личный вклад в него. Его одолевает страх не удержаться и не оправдать новые надежды. Психологи считают, что механизмы формирования этих двух явлений схожи.

При этом ошибочно считать, что неуверенность в себе и, тем более, синдром самозванца, присущи только «простым смертным». С ними сталкиваются и известные люди, причем не только в начале своего пути. Натали Портман, выступая в 2015 году перед студентами Гарварда как почетная выпускница, рассказала им, что не осознает своих достижений: «Спустя 12 лет после моего выпуска я должна признаться, что до сих пор не ощущаю собственной ценности. Мне приходится напоминать себе, что я здесь не просто так. Сегодня я чувствую себя в точности, как когда я только начала учиться в Гарварде в 1999 году. Тогда мне казалось, что произошла какая-то ошибка — я недостаточно умна, чтобы находиться здесь, и каждый раз, когда я открывала рот, мне приходилось доказывать, что я не просто глупая актриса. Иногда неуверенность и неопытность могут заставить вас стремиться к стандартам и ожиданиям, навязанным другими людьми. Но вы можете использовать свой недостаток опыта, чтобы проложить свой собственный путь — тот, который не продиктован другими, а определен вами».

Американский писатель и обладатель Пулитцеровской премии Джон Стейнбек оставил запись в своем дневнике: «Я не писатель. Я обманываю себя и окружающих». Закончив работу над романом «Гроздья гнева», который и принес ему премию, он сказал: «Иногда мне кажется, что я сделал что-то стоящее, но когда работа заканчивается, она превращается в посредственность».

В своих способностях сомневались Микеланджело и Леонардо Да Винчи. Последнему приписывают фразу «Скажите, сумел ли я сделать хоть что-то?» Винсент Ван Гог, по замечаниям современников, перманентно страдал от неуверенности в себе, но однажды сказал: «Если вы слышите голос внутри себя, говорящий вам, что вы не можете рисовать, делайте это любыми способами, и голос замолчит».

Проблемы в личных отношениях

Неуверенность в личной жизни проявляется в том, что человек ставит под сомнение свою способность кому-то понравиться. На старте новых отношений он может испытывать страх, что человек рядом «заметит» его недостатки и разочаруется. В сложившихся отношениях — это ущемление своих потребностей, потому что кому-то так будет удобнее, ревность, а иногда — бесконечное перекладывание своих тревог и сомнений на партнера.

Как возникает неуверенность в себе

Большое влияние оказывает самая первая среда в жизни человека — семья и школа. Среди причин, уходящих корнями в детство, выделяют:

Но неуверенность может развиться в любом возрасте. По словам клинического психолога и психотерапевта Юлии Хворовой, когда люди взрослеют, им попадаются различные микрогруппы, и порой в релевантной для человека группе он сталкивается с критикой. Также может появиться авторитет, который кажется человеку более успешным — это тоже может заложить неуверенность в себе. Опасная зона здесь — избыточное одобрение от родителей в детстве: оно играет плохую службу при столкновении с реальным миром.

Юлия Анпилогова добавляет, что наше «я» максимально уязвимо в кризисные моменты: «Землетрясение произошло, стены посыпались, и то, что было нашей опорой, исчезает, а новое еще не выстраивается. В этот период безвременья сложно быть в чем-либо уверенным. Мы возрождаемся много раз за жизнь, проходим этот цикл разрушения-воскрешения в новом качестве. И вот это восстановление всегда сопровождается неуверенностью, так как то, что возводится, еще пока очень хрупкое».

Как побороть неуверенность в себе

По словам Юлии Хворовой, неуверенность в себе — это обратимый процесс, если с ней начать работать. Навязчивые мысли о собственной несостоятельности должны быть скомпенсированы новыми позитивными установками и техниками мышления. При этом избавление от неуверенности не проходит за пару недель — это долгий труд. Хворова предлагает следующие шаги:

К каким врачам обращаться по поводу плаксивости?

Для определения причин возникновения плаксивости, диагностики состояния и лечения необходимо обратиться к терапевту (педиатру), эндокринологу, неврологу, психологу, психотерапевту.


ВЕЧНАЯ ТРЕВОГА И ЕЕ ПРИЧИНЫ И МЕТОДЫ РАБОТЫ НАД НЕЙ

Дата публикации: 12 Сентября 2023

Дата обновления: 15 Января 2024

Оцените статью
Избавиться от тревоги